Рассказ нашествие галлов на рим. Галлы в риме. Галлы в Риме

Никто не доставлял Риму столько беспокойства, как галлы. Этот народ, поражавший римлян своим презрением к смерти, заполнил войнами их историю IV-II вв. до н. э.

История галлов доримского периода заполнена миграциями и завоеваниями. В VI в. до н. э. часть галльских племен (сеноны, бойи, инсубры и др.) покинув долину реки Дуная и продвигаясь на юг, заняли в Северной Италии, в долине реки По территорию, которая стала называться Галлией Цизальпийской. При дальнейшем продвижении на юг, в Этрурию, произошло сражение в июле 390 г. до н. э. при реке Алии (приток Тибра), в 12 км от Рима. Римские легионы под командованием Квинта Сульпиция были наголову разбиты. Без боя галлы заняли Рим, разграбили имущество римлян, подожгли их дома. В руках римлян остался только укрепленный Капитолий, его оборона продолжалась еще семь месяцев, но, в конечном итоге, римляне были вынуждены откупиться от галлов золотом. В результате исчезли Законы XII таблиц, выставленные на центральной площади Рима.

Нашествие галлов ослабило Рим. Много сил и средств потребовалось, чтобы отстроить город и вновь обнести его стеной. Опыт Аллии показал все несовершенство вооружения и тактики римского ополчения. Продолжается реформа военного дела, начатая еще в конце V в. до н. э. Камиллом, в действительности реформа выходит за рамки деятельности одного лица и даже одной эпохи: «военная реформа Камилла» есть продукт развития римского военного дела почти в течение всего IV века. Вводится жалованье римским воинам. Осуществление военной реформы IV в. до н. э. сводилось к трем пунктам.
Первый - изменение принципа расстановки воинов в легионе. ввели новый принцип: по возрасту и степени обучения. Тяжело вооруженная пехота легиона стала строиться теперь в три линии: в первой стояла молодежь (гастаты), во второй - зрелые воины (принципы), в третьей, игравшей роль резерва, - самые опытные бойцы (триарии). Для легкой пехоты, набиравшейся по-прежнему из низшего имущественного класса, был оставлен цензовый признак.
Второе - введение мелкой тактической единицы, манипула. Манипулов в легионе было 30. Эта мера придала больше гибкости и маневренности.
Третий момент - замена кожаного шлема металлическим, улучшение щита, усовершенствование метательного копья и т. д.
Все эти реформы, завершившиеся к концу IV в., были одним из факторов, обеспечивавшим победу Рима в борьбе за Италию. Рядом с ними римское правительство прибегает к другим мерам укрепления своего положения – это создание колоний на враждебной территории и дарованию прав римского гражданства подчиненным общинам.

Новое нашествие галлов на Рим в 366 году до н. э. заставило римлян избрать Камилла в 5 раз диктатором. Дав римскому войску новое вооружение, он двинулся против галлов и встретил их на берегу р. Анио. Камилл поставил небольшую часть своего войска на гребне высот, лежавших недалеко от стана галлов, а главные свои силы расположил скрытно за скатом этих высот. Ночью пехота на левом фланге беспокоила галльский стан стрельбой из луков. Сам же Камилл со всеми остальными многочисленными, тяжеловооруженными и хорошо организованными легионерами двинулся по восходу солнца навстречу вышедшим в большом беспорядке галлам. Нападение римлян было одновременно с фронта и обоих флангов, причем вооружение, данное римским войскам, принесло большую пользу и явилось причиной малой потери римлян и огромного урона галлов. Галлы бежали и были преследованы, а стан их, с богатой в нем добычей, взят римлянами.

Внешнее положение Рима, столь укрепившееся к началу IV в. до н. э., после галльского нашествия резко ухудшилось. Все старые враги подняли голову: этруски, эквы, вольски. Даже союзники Рима - герники и некоторые латинские города решили воспользоваться создавшимся положением и попытались сбросить гегемонию римской общины.

В 361 г. до н. э. галлы идут на помощь Тибуру... Галльское нашествие в Лации имело своим непосредственным результатом распад старого союза 493 г. до н. э. Рим стал слишком могущественным членом латинской федерации и начал рассматривать Латинский союз лишь как орудие для своей политики, латиняне же добивались более влиятельной роли. На протяжении IV в до н. э. над римлянами и другими италийцами не раз нависала галльская угроза. Это обусловило возобновление римско-латинского союза (358 г. до н.э.) на более выгодных условиях для Рима. Через Тибур проходили все дороги из Рима на восток Италии. После 390 г. до н. э. галлы еще неоднократно (в 367, 361, 360, 358 и 350гг. до н.э.) вторгались в Лаций. Отразив их набеги, римляне потеснили этрусков, эквов и вольсков, на земли которых они вывели колонии.

Перед боем галлы имеют обыкновение выходить перед строем и вызывать храбрейших из противников на поединок, потрясая оружием и устрашая врага. Утрата неприятелем боевого духа и веры в победу много значила для исхода боя. Поединок один на один служил для воина самым верным способом поднятия собственного престижа. Вызывая врага на схватку на поле боя, он подтверждал свою высокую честь, одновременно ставя под сомнение честь противников. Наиболее сильные и горделивые воины считали почетным сыграть особую ритуальную роль в сражении, что было неотъемлемой частью понимания военного дела у галлов.

Так в 361 до н. э. диктатор Тита Квинкция Пена, назначенный для войны с галлами, повёл римлян к Аниенскому мосту, за которым был лагерь галлов. На мосту их встретил рослый галл, вызывавший на поединок самого храброго воина. Принявший вызов Тит Манлий, служивший под началом диктатора, поверг врага, нанеся ему два удара мечом в живот и пах. После этого он снял с тела галла окровавленное ожерелье (торквес) и надел себе на шею, за что и получил прозвище Торкват. Малейшее нарушение дисциплины и невыполнение приказа в римской армии каралось смертной казнью. Военная дисциплина у римлян была основана не столько на осознании воином своего гражданского долга, сколько на принуждении, и поддерживалась розгами ликторов. Неповиновение наказывалось со всей суровостью, вплоть до смертной казни. Так, в 340 году до н.э. сын римского консула Тита Манлия Торквата во время разведки без приказа главнокомандующего вступил в бой с начальником вражеского отряда и победил его. Об этом он рассказывал в лагере с восторгом. Однако был осужден на смертную казнь. Приговор был приведен в исполнение тут же, несмотря на мольбы всего войска о пощаде.

На Северную Италию из-за Альп продвинулись новые массы галлов.
В 360 г.до н. э. во время опасности, грозившей Риму со стороны галлов, диктатор Кв. Сервилий Агала одержал над ними блистательную победу. Новая битва произошла в 358 г. до н. э... В 350-349 гг. до н. э. набег повторился, однако консул М. Попилий Ленат нанес варварам сокрушительное поражение. Последнее столкновение этой войны приходится на 348 г. до н. э., когда галлы снова отступили от Рима.
На некоторое время набеги прекратились, но в 295 г. до н. э. вместе с этрусками и самнитами галлы сражались в битве при Сентине, генеральном сражении третьей Самнитской войны. Римские отряды находились под управлением консулов Публия Деция Муса и Квинта Фабия Максима Руллиана и составляли две армии общей численностью в 38 тысяч человек. Против римлян выступило примерно равное по численности войско из самнитов и галлов. Попытка самнитов соединиться с галлами была предотвращена римлянами их операцией при Камерине, поэтому оба враждебных римлянам войска к началу битвы оставались разъединёнными.

Отряд Фабия Максима стоял на правом фланге против самнитского войска, отряд Деция Муса - на левом против галлов. Галлам удалось при помощи своих боевых колесниц пробить широкие бреши в римских рядах. В этой схватке пал и римский консул П. Деций Мус. Согласно римскому преданию, чтобы дать римлянам победу, он призвал богов принять его жизнь как жертву. В то же время Фабий Максим разгромил самнитов и ударил на наступающих галлов с флангов и обратил их в бегство. В этом сражении также погиб и предводитель самнитов Геллий Эгнатий.

В 285-282 гг. до н. э. последовала новая большая кампания. На сей раз впервые в истории наступали римляне. В 284-283 гг. до н. э. римляне одержали ряд побед над галлами. Вторая битва на Вадимонском озере произошла в 283 году до н. э... Римским войскам противостояли отряды галльских племён сенонов и бойев, а также этруски. Римскую армию возглавлял консул Публий Корнелий Долабелла. В этой битве также победили римляне.

Римляне подчинили страну сенонов, основав там в 280 г. до н. э. гражданскую колонию Сена Галлика на Адриатике, на краю равнины, омываемой Падом (ныне р. По), где добывался янтарь. Первая колония римлян в галльской земле. Название пошло от галльского племени сенонов, раньше занимавшего это поселение. Тем самым решалась проблема наделения землей ветеранов-легионеров: Рим и Цизальпинская Галлия могли удовлетворить претензии безземельного плебса.

Цизальпинские галлы не теряли связь с северо-восточными племенами, принимавшими участие в завоевательных походах на Рим. Так в 238 г. до н. э. могущественное племя бойев, жившее южнее р. По, пригласило гезатов и начало поход на римлян. К счастью для Рима, перед самым походом племена перессорились и между ними началась междоусобная война. Враждующие между собой племена и их союзники создавали разобщенность галльского народа. Единства, необходимого для сопротивления римским завоевателям, не было.

В 232 г. до н. э. галлы, недовольные тем, что римляне вывели колонии на галльской земле, вновь объединились и, перейдя Апеннины, оказались в непосредственной близости к Риму. Однако в кровопролитной битве у Теламона галльская армия попала в окружение и была наголову разбита. В упорной битве при Теламоне (близ устья Омброны), воины Гая Фламиния разгромили галлов и перенесли войну на северный берег реки По, но встретили упорнейшее сопротивление. Это была особая победа, ведь Рим, да и вся Италия, не могли забыть потрясения, которое они испытали, когда в начале IV в. до н. э. галлы, появившись в Италии, захватили на короткое время Рим. Развивая достигнутый успех, римская армия без особого труда оккупировала всю территорию Галлии вплоть до р. По.

Средняя Италия облегчённо вздохнула, когда в знаменитой битве у Теламона римские войска в 225 г. до н.э. разгромили галлов вместе с союзным племенем гезатов. На месте победы был воздвигнут храм, в который ещё долго после этого приносили дары в благодарность за освобождение.

Рассказ Полибия о битве при Теламоне дает наглядное представление о том, сколь впечатляюще и грозно выглядели галлы в боевых порядках. Галльское войско на поле сражения вовсе не представляло собой просто «нестройную толпу». В основе развертывания стояли племенные контингенты. Кланы строились отдельными отрядами. Знать и прочие Воины высокого положения вместе с их дружинами и отрядами занимали места в первых рядах. Для облегчения опознания той или иной группы в условиях боя и для обозначения места сбора отряда служили штандарты с резными или литыми изображениями божеств — хранителей племени или клана в форме животных или птиц, являвшиеся носителями священной символики.

В конце III века началась новая большая воина. В 226 г. четыре племени северной Италии: бойи, инсубры, таврины и лингоны аключили союз против Рима, но уже в 225 г. консул Л. Эмилий Пап одержал победу над объединенными силами галлов. В 223 г. до н. э. римляне вторглись на территорию могущественного кельтского племени инсумбров.

В битве при Плаценции инсумбры потерпели поражение, а в следующем, в 222 г. консулы М. Клавдий Марцелл и Гн. Корнелий Сципион одержали новую победу, был взят приступом их главный центр — город Медиоланум (совр. Милан). В 220 г. до н. э. римляне подвели к завоеванной области прекрасно вымощенную дорогу Фламиния, соединившую Рим с Аримином на побережье Италии, что обеспечивало бесперебойную связь Северной Италии с Римом и быструю переброску войск. В 218 г. до н. э. римляне вывели в Плаценцию и Кремону свои колонии, которые превратились в цветущие города, ставшие центром римского господства и влияния в этой области.

Цизальпийская Галлия была покорена, но в 218 г. здесь появилась армия Ганнибала. В период Ганнибаловой войны галлы составляли значительную часть армии карфагенского полководца. Галлы пополнили и вторую армию карфагенян, пришедшую из Испании в 207 г. до н. э., армию Гасдрубала, разгромленную римлянами при Метавре. После заключения мира с карфагенянами, римляне возобновили войну с инсубрами, ценоманами и бойями. Война продлилась с 200 по 191 г. и завершилась теперь уже окончательным покорением Цизальпийской Галлии.
Между 225-190гг. ещё продолжались жестокие бои. Когда же в 192 г. римляне сломили могущество бойев и разрушили их опору Бононию (современный город Болонья), то с 191-190 гг. значительная часть северной Италии перешла под власть Рима.
Богатые и плодородные земли Галлии всегда привлекали римлян, поскольку находились ближе всего. За их счет можно было расширить земельные владения. Римский сенат в III-II вв. до н. э. не раз поднимал вопрос об объявлении этого региона римской провинцией.

Во II веке до н. э. галлы начали терпеть поражения от своих соседей. Началось всё с нападения оксибиев и децеатов на союзницу римлян - греческую колонию Массалию.В 125 году до н.э. город попросил помощи против салювиев, племени смешанного кельтского и лигурийского происхождения, которое господствовало на пролегавших по побережью торговых маршрутах, ведших к Альпам и от них. Римский контингент нанес поражение салювиям и спалил их оппидум Антремон. В отличие от предыдущих случаев легионы не ушли, но остались, создав военную базу Аквы Секстиевы.

Продолжив продвижение на север, римские войска начали кампанию против аллоброгов, которые прежде поддерживали салювиев, а потом и против их союзников, могущественных арвернов, селившихся к западу от реки Рона. Для соединения владений Рима в Италии и в Испа¬нии проложили Домициеву дорогу, названную так в честь римского командующего Домиция Агенобарба.

На территории, протянувшиейся от Пиренеев к Альпам и на север от долины Роны была основана колония в Нарбоне (Нарбонна). Эта область стала римской провинцией в 121 до н. э. под названием Нарбонская Галлия, в противовес Цизальпийской Галлии, которую часто называли одетой в тогу от обычая её жителей носить тоги по римскому образцу. Нарбонская Галлия или Нарбонская провинция могла стать удобным плацдармом для агрессии против Галлии свободной, т. е.Трансальпийской Галлии или Галлии по ту сторону Альп , где насчитывалось множество враждующих между собой племен и племенных союзов.На протяжении следующих 50 лет провинция продолжала оставаться местом постоянных беспорядков и возмущении.

Население Цизальпийской Галлии особенно испытывало сильное влияние римской культуры. Постоянно общаясь с римлянами, наблюдая положение и привилегии римских граждан, галлы постепенно и сами стали стремиться к этому. Чтобы установить контроль над столь богатыми землями, Рим поощрял это стремление, награждая то одного, то другого галла латинским или римским гражданством. Благодаря этому довольно быстро вся внутренняя жизнь Цизальпинской Галлии стала подконтрольна.

В 107 г...до н. э. римская армия во главе с консулом Кассием Лонгином попала в засаду и была уничтожена гельветами в Аквитании.
Галлы активно привлекались к участию в гражданских войнах, во многих столкновениях римских политических противников — Суллы, Мария, Цинны, Сертория, Помпея, а позднее Юлия Цезаря. Продавая свою верность и храбрость, галлы прекрасно понимали, что в случае поражения того, за кого они сражались и на чьей стороне выступали, им грозили кары со стороны победителя. Так, во время Серторианской войны галлы оставались верны клятве Серторию до самой его смерти. Серторий использовал галлов и как телохранителей.

И еще один фактор, который позволял Риму привлекать на свою сторону галлов — это вторжение во II в. до н. э. на территорию Галлии кимвров и тевтонов. Объединившись с тевтонами, кимвры стали настоящим бичом не только для галлов, но и для римлян. Риму доставались не только земли и богатства Галлии, ее племена являлись защитным барьером от германцев.

Цизальпинская Галлия при Сулле сделалась в 82 г. до н. э. римской провинцией и ещё в том же веке получила римское гражданство, так что от неё осталось лишь одно название. Только в некоторых могильниках у подножья Альп находят отголоски галльской культуры, пришедшей в упадок в конце старой эры.

Помпей, оказавшись в Галлии в 80-70-х гг. до н. э., где вспыхнуло восстание, подчинил себе вольков-арекомисков и гельвиев, и проложил новую дорогу через Коттиевы Альпы (Сен-Женевр), что давало кратчайшее сообщение между долиной р. По и Трансальпийской Галлией. В 67 г. до н. э. населению области между р. По и Альпами было предоставлено латинское право, что было воспринято как откуп за отказ от права римского гражданства.

В 61 г. до н. э. вновь взбунтовались аллоброги, с большим трудом их удалось успокоить.
В 60-х годах до н. э. Цизальпинская Галлия стала ареной политических интриг. Исходя из интересов карьеры и своей выгоды, Цицерон отказывается от управления этой провинцией. Цицерон не мог не учитывать факты о зреющем в Риме заговоре под руководством Луция Сергия Катилины, в котором оказались замешаны и галлы.

Соратник Катилины Корнелий Лентул решил воспользоваться силами галлов, подтолкнув их к восстанию. В это же время в Риме оказалась делегация аллоброгов, прибывшая с жалобой на притеснение магистратов и действия публиканов, сумевших довести общину аллоброгов до полного разорения. Первоначально аллоброги согласились на предложение Лентула, но, по-видимому, Лентул не сумел убедить их в благоприятном исходе дела. Несмотря на обещанные Лентулом помощь и денежное вознаграждение, аллоброги, поразмыслив, сообщили Цицерону о заговоре, еще раз подтвердив его мнение о невозможности доверять варварам.

Саллюстий пишет, что аллоброги воинственны по натуре, но за вознаграждение готовы выдать кого угодно. Цицерон, как консул, обратил внимание на аллоброгов только тогда, когда дело непосредственно коснулось заговора Катилины, разоблачение которого могло принести ему многие политические выгоды. После раскрытия заговора Катилины аллоброги были спешно отправлены по домам.

Постоянным источником угрозы оставались арверны. Чтобы обезопасить себя, Рим вступил в союз с одним из наиболее могущественных племен Галлии — эдуями, бывшими врагами арвернов. Вековая распря между эдуями и их соседями на ceвepо-востокe секванами приняла новый оборот против прежних нанимателей. Очередное вмешательство римлян в дела в Галлии стало просто неизбежным. Эдуи обратились за помощью к новому губернатору Галлии Гаю Юлию Цезарю.

Войны Рима с соседними племенами и галлами

Римская армия. Со дня своего основания Рим вел постоянные войны с внешними врагами. Римское войско называлось легионом. В легион зачислялись граждане от 17 до 46 лет. Оружие и доспехи они должны были приобретать за свой счет. В пехоте служили зажиточные тяжеловооруженные крестьяне, в коннице - богатые и знатные люди.

Легионеры(реконструкция)

Бедняки вооружались луками и пращами (приспособление для метания камней). На поле боя они выступали как застрельщики, осыпая противника с воздуха в начале сражения.

Во времена семи царей римский легион состоял из 3000 пехотинцев и 300 всадников, при Республике в него набирали от 3 до 6 тыс. воинов. Каждый консул командовал одним или двумя легионами.

Легион делился на 10 “полков”, которые назывались когортами. “Полки”-когорты в свою очередь подразделялись на сотни - центурии. Полководец лично назначал командиров центурий - центурионов. Это были простые, но храбрые и опытные воины, украшенные рубцами и наградами. Не раз их опытность и стойкость выручали римское войско в трудную минуту. Консулы обычно знали своих центурионов в лицо и по имени. Вместо знамен отдельные отряды римского войска употребляли особые значки, закрепленные на шестах. “Знаменем” всего легиона служило изображение орла.

Древние полководцы-консулы известны как строгие, суровые командиры. За городской стеной, в походе, они обладали неограниченной властью над гражданами-воинами. Они могли приказать своим ликторам выпороть и обезглавить любого нерадивого солдата или офицера. Римская армия славилась дисциплиной. Рассказывают, что когда легион разбил однажды стоянку около яблони, ни одно яблочко не пропало с дерева.

Суровые полководцы и послушные храбрые римские солдаты одержали немало побед. После больших успехов победоносное войско по разрешению сената справляло триумф. Легионеры вступали тогда в Рим боевым строем, с лавровыми ветвями в руках, распевая героические и шутливые песни. Впереди войска на колеснице, запряженной четверкой белых коней, ехал полководец. В лавровом венке, с накрашенным лицом, в пурпурном царском одеянии возвышался он на колеснице, похожий больше на грозного идола, чем на живого человека. Тут же несли военную добычу, выставленную для всенародного обозрения. По Священной улице триумфальная процессия поднималась на Капитолийский холм, к главному храму города, где совершалось торжественное жертвоприношение.


Триумфальное шествие (реконструкция)

Римляне, отличавшиеся благочестием, старались воевать честно, чтобы заслужить помощь богов. У них были жрецы-фециалы, которые всякую войну истолковывали как законную со стороны Рима. Они же объявляли военные действия, кидая на вражескую землю особое священное копье. Все свои войны, и оборонительные и захватнические, римляне всегда называли “справедливыми войнами”.

В первые сто лет борьбы между патрициями и плебеями (V в. до н.э.) римляне ежегодно воевали с ближайшими своими соседями, жившими у границ Лация, - с племенами этрусков, вольсков, эквов. От этих войн остались исторические предания, которые повествуют о римских победах и поражениях, а также рисуют характер древних римлян.

Войны с вольсками. Кориолан. В самом начале Республики, вскоре после изгнания царей, прославился в Риме военными подвигами молодой патриций Гай Марций. За храбрость, проявленную при захвате Вольского города Кориблы, получил он прозвище Кориолан. В те давние времена все римские юноши уважали и слушались родителей, но особенной сыновьей почтительностью отличался Кориолан, нежно привязанный к матери своей, Волумнии, которая воспитала его после смерти отца в любви и строгости. “Другие, - пишет древний историк, - были отважны в боях ради славы, а он искал славы, чтобы порадовать мать”.

Кориолан обладал благородной душой, но одновременно был горд и несдержан в гневе. Он презирал простой народ и часто выступал во главе патрицианской молодежи против плебеев. Когда в отместку народ провалил Кориолана на консульских выборах, а народные трибуны вызвали его на суд, надменный аристократ покинул город и, в обиде на сограждан, изменил родине, перейдя на сторону вольсков.

Под предводительством Кориолана вольски стали одерживать победы над римлянами и наконец подступили к самым стенам Рима. Напрасно приходили в их стан римские послы, умолявшие Кориолана о прощении и мире, - изменник не захотел выслушать ни почтенных сенаторов, ни благочестивых жрецов. Тогда во вражеский лагерь отправились знатные римские женщины во главе с Волумнией. Едва завидя издали мать, Кориолан бросился ей навстречу и долго плакал в ее объятиях, а та ласково упрекала сына, умоляя его снять осаду с города. "Разве уступать гневу и злопамятству хорошо, - говорила Волумния, - а уступить просьбам матери дурно? Или помнить обиды великому мужу подобает, а свято чтить благодеяния, которыми дети обязаны родителям, - не дело мужа великого и доблестного?". Мольбы матери сломили непреклонный дух полководца, и он увел вражеское войско от стен Рима. Через некоторое время вольски убили Кориолана, а римляне в память о спасении города воздвигли храм Женской Удаче.

Война с эквами. Цинциннат. В середине V в. до н.э. разгорелась большая война между римлянами и эквами. Консульская армия, выступившая навстречу неприятелю, попала в окружение. В такой беде римляне решили назначить диктатора. Выбор их пал на строгого, опытного полководца Луция Квинкция Цинцинната, который жил за городом, не принимая участия в общественных делах.

Так случилось, что за несколько лет до войны сын полководца, напоминавший характером Кориолана, рассорился с народными трибунами, и отец был вынужден заплатить большой штраф, чтобы спасти юношу от суда плебеев. Распродав почти все свое имущество, старый Цинциннат поселился в хижине за Тибром, где у него остался последний клочок земли.

Вестники, посланные за диктатором, застали высокородного патриция в поле, где он в одной рубашке пахал землю. Завидя государственных послов, Цинциннат поспешно облачился в старенькую тогу, чтобы в приличном одеянии выслушать послание сената. Невозмутимо встретил он весть о своем высоком назначении и тут же на месте принял знаки верховной власти. Когда диктатор появился в городе в сопровождении ликторов, несущих топоры и прутья, плебеи устрашились грозной власти того, кто недавно претерпел от них жестокую обиду. Но Цинциннат, не помышляя о мести, спешно провел воинский набор и выступил в поход. Стремительно разгромив эквов, он спас от гибели консульскую армию. Затем Цинциннат справил триумф и уже на 16-й день сложил с себя диктаторскую власть, данную ему на полгода.

Без ликторов, без свиты, рядовым гражданином возвратился он в свой домик к мирному сельскому труду.

Войны с этрусками. Битва при Кремере. Около ста лет воевали римляне с богатейшим этрусским городом по имени Вейи, который располагался за Тибром, недалеко от римской границы. Вейяне нападали на заречные земли Рима, разоряя поля и угоняя скот. В начале V в. до н.э., вскоре после того, как произошла история с Кориоланом, многолюдный знатный род Фабиев вызвался отражать набеги этрусков своими силами. В один прекрасный день 306 Фабиев, все патриции, выступили в поход, торжественно прошествовав от Капитолия до городских ворот по улице, которая была названа впоследствии Несчастливой. Разбив лагерь за рекой, около года успешно несли они пограничную службу. Но однажды вейяне, получившие подкрепления от соплеменников, заманили римских стражей в засаду. На берегу реки Кремеры , впадающей в Тибр, в неравной битве с этрусками полегли все благородные римские воины. Уцелел лишь один Фабий, благодаря которому не угас этот знатный род.

Последняя война с Вейями. Последняя ожесточенная война с Вейями началась в конце V в. до н.э. и затянулась на целых 10 лет. В конце концов римляне поставили во главе своего войска диктатора. На эту должность был избран Марк Фурий Камилл - доблестный патриций, лучший полководец тех лет. По приказу диктатора римляне провели подкоп под стены осажденного города и таким образом захватили его, устроив нападение изнутри и снаружи. Победа над Вейями принесла Камиллу великую славу и еще большую беду. При дележе добычи он рассорился с плебеями и вынужден был уйти в изгнание. Покидая Рим, Камилл простер руки к храмам отеческих богов и взмолился, чтобы когда-нибудь неблагодарные сограждане пожалели о его уходе. Это заклятие исполнилось уже через пять лет.

Нашествие галлов в 390 г. до н.э. В V в. до н.э. из северных стран через Альпы проникли на Апеннинский полуостров воинственные племена галлов. Говорят, варвары двинулись в Италию, привлеченные сладостью италийского вина, которое завез в их страну один этруск. Постепенно они заселили долину реки По и стали совершать походы в глубь Этрурии, нападая на богатые этрусские города. Высокорослые белокурые галльские воины наводили страх на обитателей Италии. Облик их был необычен - вместо бород они носили усы; в бой варвары шли с дикими песнями, а сражались без доспехов, полуобнаженными, кичась своей безумной отвагой. В то же время галлы не отличались твердостью характера и легко бросали начатое дело, если оно не удавалось с первого натиска.

В 390 г. до н.э. галлы осадили этрусский город Клузий, запросивший помощи у Рима. Прибывшие для переговоров римские послы, трое братьев Фабиев, нарушив международные правила, вмешались в битву на стороне этрусков. Тогда оскорбленные галлы оставили в покое клузийцев и двинулись на Рим. Проходя с гомоном и песнями мимо затворившихся городов, они кричали, что никому не сделают зла, что идут они на одних только римлян.

Римское войско встретилось с варварами на реке Аллии, за Тибром. Настроение у римских воинов было вялое - жрецы-фециалы объясняли это тем, что народ прогневил богов, не выдав врагу провинившихся послов. Битва произошла 18 июля - в тот самый день, когда около ста лет назад погиб на Кремере род Фабиев. И на этот раз римляне потерпели страшное поражение: часть их войска полегла на поле боя, часть бежала в недавно завоеванные Вейи, многие утонули в реке. Впоследствии в течение многих столетий день битвы при Аллии отмечался в Риме глубоким трауром - как самый несчастливый день Римского государства.

В день победы галлы остереглись вступить в Рим - и побежденные воспользовались передышкой: отборные воины, сенаторы и магистраты засели в крепости на Капитолии, простой народ разбежался по соседним городам. Только знатные старики не захотели пережить гибели города: в залах своих домов и на Форуме они уселись на курульных креслах в одеянии консулов и триумфаторов, мужественно ожидая своей судьбы. Вступив поутру в Рим, галлы перебили почтенных старцев, разграбили и сожгли большую часть города и осадили Капитолий. Долго продолжалась осада крепости, и однажды галлы чуть было не захватили ее врасплох. Ночью они влезли наверх по отвесной скале в том месте, которое охранялось слабее всего. Сторожевые собаки не услышали приближения чужаков, но чуткие гуси - птицы, посвященные богине Юноне, подняли гвалт и вовремя разбудили стражу. Галльские воины были сброшены вниз, и с тех пор пошла поговорка: “Гуси спасли Рим”.

Многие римские беглецы стеклись в недавно завоеванные Вейи. Они организовали новую армию и вызвали из изгнания Камилла, провозгласив его диктатором. Но полководец согласился принять власть только по закону, а для законного избрания диктатора требовалось согласие властей, оставшихся в Риме. Тогда один отважный юноша ночью доплыл по Тибру до Капитолия и, проскользнув между галльскими караулами, пробрался в крепость. Сенат и магистраты одобрили решение армии, но пока Камилл готовился к битве, защитники Капитолия, страдавшие от голода, попытались откупиться от галлов золотом. Когда выкуп стали взвешивать на весах, галльский вождь Бренн бросил на чашу рядом с гирями свой тяжелый меч. Римляне с возмущением спросили, что это значит, а галл воскликнул: “Горе побежденным!”

Во время этого спора в воротах появилась армия Камилла. Римляне сразились с галлами на развалинах своего города и одержали победу. Рим был освобожден и вскоре отстроился вновь - правда, улицы его после галльского пожара стали путаными и кривыми, так как дома возводились наспех. В последующие годы Марк Фурий Камилл еще неоднократно избирался полководцем и одержал славные победы над этрусками, эквами и вольсками, нападавшими на ослабевший Рим. В последний год своей жизни, избранный диктатором в пятый раз, Камилл отразил от границ Лация еще одно нашествие галлов. В том же году он примирил патрициев и плебеев, поддержав избрание первого консула-плебея. В память этого события он построил храм Согласия.

После поста про поражение римлян в Тевтобургском лесу, в комментариях появились такие "историки" с пеной у рта доказывающие о величии Рима и непобедимости легионов. Тем более "галлами". Так же появились те, кто писал о доминировании в регионе. Хоть и позабыли они уроки истории в школе. Но для понимания ими того что они неучи, а также для поднятия уровня знаний выкладываю эту статью с сайта посвященного Риму. Ну и надеюсь интересно почитать будет всем.

Галльское нашествие

Опустошение кельтами (галлами) значительной части Италии и разрушение Рима были такими крупными явлениями, которые не могли не найти живейшего отклика в античной историографии, как современной этим событиям, так и более поздней. Но эти исторические факты, отраженные в произведениях многих поколений греческих и римских писателей, оказались искаженными. Огромную роль в этих искажениях играла патриотическая легенда, посредством которой римские историки более поздней поры, когда Рим уже превратился в мировую державу, старались смягчить горечь страшного поражения 390 г. Нелегко поэтому разобраться в массе самых различных, часто противоречивых известий. На многие существенные детали до сих пор в науке нет единой точки зрения, и едва ли когда-нибудь такая точка зрения будет достигнута.
Согласно господствующей античной традиции, принятой и современной наукой, галлы в конце V в. .форсировали альпийские проходы и последовательными волнами вторглись в северную Италию, занятую лигурами и этрусками. В жестоких схватках они частью истребили местное население, частью оттеснили его в горные области Альп и Апеннин, частью смешались с ним. Вдоль побережья Адриатического моря галльское племя сенонов проникло даже в северную Умбрию. Только область венетов к северу от нижнего течения По избежала галльского нашествия.
В конце 90-х годов IV в. одно из галльских племен численностью в несколько десятков тысяч человек под предводительством Бренна появилось в центральной Этрурии и осадило г. Клузий. Какое именно это было племя, установить невозможно, так как источники на этот счет расходятся. Клузяне обратились за помощью к Риму. В современной науке раздаются скептические голоса, утверждающие, что это выдумка позднейшей анналистики и что в ту эпоху Рим никак не был заинтересован в делах средней Этрурии. Однако если мы вспомним, каких успехов добились римляне в войнах с южными этрусками, обращение Клузия к своему сильному соседу кажется правдоподобным.

Римское правительство отправило к галлам посольство из трех представителей знатного рода Фабиев с поручением уладить дело мирным путем. Но послы не справились со своей задачей: они нарушили нейтралитет, вмешались в борьбу на стороне клузян, и один из них даже убил галльского вождя. Галлы прервали переговоры и обратились в Рим с требованием выдать виновных. Римское правительство, уступая давлению знати, не только отказало в этом, но Фабии были даже выбраны военными трибунами на следующий год.
Тогда разъяренные варвары сняли осаду Клузия и стремительно двинулись на Рим. Вооруженные огромными щитами и длинными мечами, испуская дикие завывания, наводившие ужас на врагов, они одним ударом смяли римское войско, встретившее их 18 июля 390 г. на берегах р. Аллии, маленького притока Тибра, впадавшего в него с левой стороны недалеко от г. Фиден.
Дата и само место битвы при Аллии точно не установлены. Римский вариант традиции (Ливий) датирует ее 390 годом, греческий вариант (Полибий, Диодор) - 387-м. Что же касается дня, то здесь колебаний нет, так как 18 июля (dies Alliensis) было в Риме днем народного траура. Относительно положения Аллии также существуют два варианта. По Ливию (V, 37), Аллия впадала в Тибр с левой стороны, Диодор же (XIV, 114) говорит, что римляне сразились с галлами, перейдя через Тибр. Поэтому и современная наука в определении места Аллии расходится одни ученые считают ее левым притоком Тибра, другие - правым. Общие стратегические соображения заставляют думать, что Аллия была левым притоком. Общепринятым годом является 390-й, хотя, быть может, указания Полибия и Диодора надежнее.
Разбитое римское войско разбежалось по окрестностям, часть отступила в Рим. В городе царило страшное смятение. Большинство населения вместе с наиболее чтимыми предметами культа удалось эвакуировать в соседние города. Только небольшая часть войска вместе с более молодыми членами сената укрылась на Капитолии. Старики сенаторы не пожелали покинуть родных очагов и остались в своих жилищах.

По-видимому, Рим в это время был так плохо укреплен, что защищать его было невозможно. Галлы появились в городе на следующий день (по другим известиям - только через три дня). Безоружный город был разграблен и сожжен, оставшиеся жители перебиты.
Патриотическая римская легенда живописно рассказывает о том, как встретили смерть оставшиеся в нижнем городе сенаторы Самые знатные из них, одевшись в парадное платье, сидели на креслах из слоновой кости в вестибюлях своих домов. Сначала галлы с изумлением смотрели на неподвижные фигуры, принимая их за статуи. Один из варваров рискнул потрогать одного из стариков за длинную бороду. Тот ударил его жезлом, что и послужило сигналом к всеобщему избиению.
Покончив с городом, галлы принялись за Капитолий. Попытка взять кремль штурмом не удалась благодаря отвесным склонам холма. Тогда враги начали осаду.

Традиция сохранила нам один рассказ из истории этой осады, который получил мировую известность. Однажды ночью отряд галлов поднялся по крутому склону Капитолия. Варвары карабкались так тихо, что не только стража, но даже собаки ничего не слыхали. Только гуси, посвященные богине Юноне, подняли гоготанье. Шум разбудил бывшего консула Марка Манлия, дом которого находился на Капитолии. Он бросился к обрыву и столкнул в пропасть первого галла, уже поднявшегося на вершину. На помощь Манлию поспешила проснувшаяся стража, и всех галлов постигла участь их головного воина. Марк Манлий стал народным героем и получил прозвище «Капитолийского»2, что не помешало ему впоследствии пасть жертвой сословной борьбы. Этот рассказ так своеобразен, что не мог быть выдуман целиком. По-видимому, в основе его лежит подлинное событие.

Осада Капитолия длилась 7 месяцев. Осажденные страдали от голода, но и положение осаждавших было немногим лучше. Из-за недостатка продовольствия и летней жары среди них начались болезни. Вдобавок к этому галлы получили известие, что в их области вторглись венеты. Поэтому, когда римляне предложили начать мирные переговоры, галлы охотно на них пошли. Согласились на том, что они уйдут из Рима после уплаты им 1 тыс. фунтов золота. Получив выкуп, враги действительно ушли из римской области и при отходе подверглись нападению римского войска, которое было вновь сформировано вне Рима за время осады Капитолия. Войском этим командовал герой вейской войны М. Фурий Камилл. Галлы, по-видимому, понесли некоторые потери.
Патриотическое чувство римлян не могло примириться с позорными событиями 390 г., и позднее была составлена та их версия, которая отразилась в традиции. Когда взвешивали золото, римские представители обратили внимание галлов на то, что их весы неверны, и стали протестовать. Тогда галльский вождь Бренн положил свой тяжелый меч на чашу весов со словами: «Горе побежденным!» («Vae victis!»). В этот драматический момент явился Камилл со своим войском. Галлы были наголову разбиты, а золото отобрано.
Уход галлов еще не означал, что всякая опасность для Рима миновала. Несколько раз после этого они вторгались в Лацнй и проникали до южной Италии, но вторично захватить Рим им уже не удалось. Только в конце 30-х годов IV в. римляне заключили с ними мир.

Последствия галльского нашествия для Рима

Об экономическом кризисе, вызванном набегом галлов, и об острой вспышке сословной борьбы в 70-х и 60-х годах мы уже говорили. Здесь же остановимся на военной стороне дела и на внешнем положении Рима после 390 г. Римские государственные деятели этой эпохи, среди которых самым крупным был Камилл, прекрасно учли печальный опыт галльского погрома. Нужно было заново укрепить город и провести реформу военного дела.
Старые стены царской эпохи, пришедшие в ветхость еще до галлов, были заменены новыми. Остатки этих укреплений середины IV в. дошли до нас. Только весьма незначительная часть их может быть отнесена к VI в.
Опыт Аллии показал также все несовершенство вооружения и тактики римского ополчения. Вот почему в Риме энергично продолжали проводить реформу военного дела, начатую еще в конце V в. введением жалования воинам. Главную роль играл здесь Камилл, почему и вся реформа называется его именем, хотя в действительности она выходит за рамки деятельности одного лица и даже одной эпохи: «военная реформа Камилла» есть продукт развития римского военного дела почти в течение всего IV в.
Если оставить в стороне введение жалования (о значении этой меры было сказано выше), существо военной реформы IV в. сводилось к трем моментам.
Первый - изменение принципа расстановки воинов в легионе. Вместо старого расположения по имущественному признаку (в первом ряду более богатые и лучше вооруженные, за ними менее богатые и т. д.) ввели новый принцип: по возрасту и стелени обучения. Тяжело вооруженная пехота легиона стала строиться теперь в три линии: в первой стояла молодежь (гастаты), во второй - зрелые воины (принципы), в третьей, игравшей роль резерва, - самые опытные бойцы (триарии). Только для легкой пехоты, набиравшейся по-прежнему из низшего имущественного класса, был оставлен цензовый признак.
Второй момент - введение мелкой тактической единицы, манипула. Манипулов в легионе было 30. Эта мера придала старому неуклюжему легиону гораздо больше гибкости и маневренности.
Наконец, третий момент - усовершенствование наступательного и оборонительного оружия: замена кожаного шлема металлическим, улучшение щита, усовершенствование метательного копья (pilum) и т. д.

Внешнее положение Рима, столь укрепившееся к началу IV в., после галльского нашествия резко ухудшилось. Все старые враги подняли голову: этруски, эквы, вольски. Даже союзники Рима - герники и некоторые латинские города решили воспользоваться создавшимся положением и попытались сбросить гегемонию римской общины. Около 50 лет тянулась борьба Рима за восстановление своего старого престижа. Сила оружия и военные реформы были здесь только одной стороной дела. Рядом с ними римское правительство прибегает к другим мерам укрепления своего положения. Эти меры, имевшие огромное значение в дальнейшем завоевании Италии, сводились к основанию колоний и дарованию прав римского гражданства подчиненным общинам.
Создание колоний на враждебной (или могущей стать враждебной) территории было прекрасным средством держать ее в подчинении. Такие колонии были поселениями римских граждан или вообще членов латинского союза. В последнем случае они назывались «латинскими колониями», хотя чаще всего состояли из тех же римских граждан.
В 80-х годах IV в были основаны четыре «латинские колонии»: две в южной Этрурии (Сутрий и Непете в 383 г.) и две на территории вольсков (Сатрик в 385 г. и Сетия в 382 г.).

Что касается дарования полного права римского гражданства подчиненным или союзным общинам, то эта мудрая мера преследовала цель внести раскол в среду италийских городов-государств, ставя некоторые из них в особо привилегированное положение по сравнению с другими.
Впервые эта мера была применена в 381 г. к г. Тускулу, главе арицийской федерации. Он получил права муниципия, т. е. полные права римского гражданства с сохранением местной автономии. Благодаря этому тускуланцы, став римскими гражданами, фактически вышли из латинского союза, чем этот последний был сильно ослаблен. В дальнейшем аналогичную меру римляне стали широко применять по отношению к своим бывшим союзникам.
Однако основным средством Рима в борьбе за гегемонию в Лации и прилегающих областях была война.
Этруски были старым противником римлян. Они одними из первых постарались воспользоваться временным ослаблением Рима.
Прежде всего восстали Фидены. Это движение было быстро подавлено: римляне взяли и разграбили город. В 389 г. сильное этрусское войско осадило Сутрий, находившийся под римским влиянием еще с конца 90-х годов. Город обратился за помощью к Риму, но помощь эта опоздала, и Сутрий был вынужден сдаться. В это время подошел со своим войском Камилл. Он стремительно напал на этрусков, грабивших город, разбил их и вернул Сутрий его жителям.

В 388 г. Рим сам перешел в наступление против своего главного врага - г. Тарквиний и взял у него два укрепленных пункта. В следующем году южная Этрурия частично была присоединена к римской территории, и там были основаны четыре новых трибы. Это вызвало новое наступление на Рим городов средней Этрурии во главе с Тарквиниями.
В 386 г. этруски напали на Сутрий и Непете. Благодаря измене антиримской партии этрускам удалось захватить Непете. Сутрий также находился под угрозой падения: часть города была уже взята. Но римляне освободили оба города и прогнали этрусков. Изменники из этрусской партии в Непете были казнены. Основание в 383 г. латинских колоний в Сутрий и Непете укрепило положение Рима в южной Этрурии. На некоторое время тарквинийцы успокоились, но 25 лет спустя они снова напали на римскую территорию и опустошили ее. Консул Г. Фабий потерпел поражение. 307 римских пленников по этрусскому обычаю были принесены в жертву богам. В следующем году Тарквиний заключили союз с г. Фалериями4, и весь этрусский союз их поддержал в борьбе с Римом. Но римский диктатор Г. Марций Рутил, первый диктатор из плебеев, разбил и прогнал этрусков.
В 355 г. римляне перешли в наступление и опустошили территорию Тарквиний. Война велась со страшным ожесточением с обеих сторон. Римляне, в ответ на убийство 307 пленных, перебили множество этрусков из простолюдинов, а 348 человек из знати отправили в Рим, высекли на форуме розгами и обезглавили. Борьба расширялась. Даже г. Цере, старый союзник Рима, давший убежище римскому населению во время нападения галлов, изменил ему и вступил в союз с Тарквиниями. Впрочем, церитяне были скоро разбиты и получили «перемирие» на 100 лет.
Наконец, в 351 г. римляне перешли в решительное наступление. Одно консульское войско вторглось на территорию Тарквиний, другое опустошило область Фалерий. Сломленные враги обратились к римскому сенату с просьбой о мире, и им было даровано «перемирие» на 40 лет. Этруски надолго успокоились.

Таким образом, в результате почти 40-летних войн Рим к середине IV в. не только восстановил свое прежнее положение в южной Этрурии, но и значительно расширил там свои владения и высоко поднял свой авторитет.
На восточной границе Лация жили два горных народца - эквы и герники. Сами по себе они не представляли большой опасности для Рима, но могли доставить ему много неприятностей, вступив в союз с другими его врагами. С эквами, во всяком случае, покончено было быстро.
В 389 г. Камилл нанес им поражение около г. Бол (Bolae) и взял сам город, а в следующем году римское войско опустошило всю страну.
Герники чаще всего выступали вместе с латинами и вольсками. В середине 80-х годов союзники были дважды разбиты римлянами, после чего герники более 20 лет мирно сидели на своих горах. Римляне, занятые более важными задачами, до поры до времени их не трогали. Но в конце 60-х годов римляне и здесь перешли в наступление. Однако на первых порах они потерпели крупную неудачу: консул со своим войском попал в засаду и был убит. Римляне сейчас же отомстили за поражение, разгромив герников и взяв один из их главных городов - Ферентин. Еще два раза после этого герники терпели поражение. Наконец, в 358 г. они запросили мира и были снова допущены в союз с Римом, но, вероятно, на условиях, менее благоприятных, чем в 486 г.

Самым упорным и опасным врагом Рима в этот период были вольски. Войны с ними, если верить традиции, продолжались с перерывами 50 лет (от 389 до 338 г.).
Движение против Рима возглавлялось городами Анцием и Сатриком при поддержке латинской колонии Велитр. Уже в следующем году после галльского погрома вольски начали наступление и проникли до Ланувия почти в центре Лация. Камилл нанес им поражение и опустошил поля вольсков. В 386 г. вольски находились в союзе с латинами и герниками. Камилл разбил их у Сатрика и взял город штурмом. Он уже начал подготавливать осаду Анция, но война с этрусками помешала осуществлению этого плана. В 385 г. вольски при поддержке латинов и герников начали новую кампанию и снова потерпели поражение. После этого 2 тыс. римских колонистов было поселено в Сатрике с целью укрепить римское влияние в стране. Однако три года спустя колония ненадолго была захвачена вольсками и латинами из г. Пренесте: уже в следующем году Камилл разбил врагов. В 379 г. вольски возобновили войну, напали на римский лагерь и взяли его благодаря неопытности командиров - двух военных трибунов. Римское войско с трудом избежало полного разгрома. В ответ на это поражение два римских войска в следующем году начали одновременное наступление: одно шло вдоль берега по направлению к Анцию, другое - в глубь страны. Территория вольсков была беспощадна разграблена и опустошена. Однако упорного врага нелегко было сломить: в 377 г. вольски опять появляются под Сатриком. Римляне отогнали их к Анцию. Между вольсками и их союзниками латинами начались раздоры: утомленные войной анциаты решили сдать город, тогда как латины настаивали на продолжении борьбы. Латины отступили в свои районы, а анциаты подчинились римлянам.

В 358 г. римляне прочно заняли Помптинскую равнину на юге Лация и образовали там две новые трибы. Истощенные войной вольски ничем не могли помешать этому глубокому продвижению Рима на юг. Однако через 10 лет они оправились и сделали последнюю отчаянную попытку отстоять свою независимость. Война возобновилась и продолжалась с большим ожесточением до 338 г., когда она закончилась падением Анция и полным подчинением вольсков.
В Лации галльское нашествие имело своим непосредственным результатом распадение старого союза 493 г. Наиболее сильные латинские полисы - Тибур и Пренесте - попытались образовать отдельный союз. Их поддерживала латинская колония Велитры. Эти сепаратистские тенденции находили опору в союзе с другими врагами Рима - эквами, вольсками и даже галлами. К счастью для римлян движение среди латинов не сделалось всеобщим: большинство латинских городов осталось верно союзу. Война между Римом и отпавшими латинами велась с большим упорством больше 30 лет.
В середине 80-х годов, как было указано выше, латины в союзе с вольсками и герниками были разбиты Камиллом. Несколько лет спустя (в 382 г.) пренестинцы вместе с вольсками захватили римскую колонию Сатрик. В 377 г. соединенные силы латинов и вольсков потерпели поражение, следствием которого была ссора между союзниками. Латины отступили в свои пределы. Отчаявшись собственными силами победить Рим, мятежные латинские города заключили союз с галлами, вновь появившимися в окрестностях Рима. В 360 г. диктатор Квинт Сервилий Агала (Ahala) разбил галлов в кровопролитном сражении под стенами Рима, недалеко от Коллинских ворот. Враги бежали в Тибур. Это решило судьбу Лация.

В 358 г. латины вынуждены были принять старый договор 493 г.6, который в следующие годы был распространен на значительную часть Лация. Однако вряд ли договор 358 г. был механическим повторением документа 493 г. Правда, краткая заметка Ливия (VII, 12), нашего единственного источника по этому вопросу, говорит только о возобновлении прежнего договора, но маловероятно, чтобы при новой ситуации, изменившейся не в пользу латинов, Рим согласился на прежнее равноправие сторон. По-видимому, в договор были внесены какие-то пункты, закреплявшие руководящую роль Рима в латинском союзе.
Итак, результаты галльского нашествия для Рима были очень велики и в конечном счете положительны. Экономический кризис обострил сословно-классовую борьбу и тем самым доставил плебеям решительную победу. Поражение при Аллии и разгром города вызвали необходимость в создании новой системы укреплений и явились исходной точкой военной реформы, сыгравшей огромную роль в дальнейшей истории Рима. Наконец, резкое ухудшение внешнего положения государства в 80-х годах послужило мощным стимулом к мобилизации.всех сил римского народа и привело к тому, что маленькая община на Тибре к середине IV в. превратилась в самое крупное государство средней Италии, занимавшее вместе с союзниками территорию более 5 тыс. кв. км. Все эти факты сыграли решающую роль на следующем этапе римской истории - на этапе борьбы за среднюю Италию.
Возросшее значение Рима в Италии сказалось в возобновлении с Карфагеном в 348 г. договора 508 г. (Полибий, III 24). Он повторял в основном прежние условия, но в несколько измененной форме, менее выгодной для Рима. Так, в договор был включен пункт, запрещавший римлянам плавать в Испании дальше Мастии (на юго-восточном побережье, около мыса Палое).7 Всякая торговля в Африке и Сардинии для римлян теперь была закрыта, тогда как в старом договоре она разрешалась. Но существенно было то, что новый договор подтверждал права Рима на прибрежную полосу Лация от устья Тибра до Таррацины.

В заключении что хочется добавить.
Господа недоросли псевдоисторики, вы сначала историю, хотя бы почитайте перед тем как свои глупости писать. Просто стыдно за вас становится. Ведь есть интернет там все доступно. Не надо писать ваши "я так хочу значит все на самом деле было так", "не понимаешь а мне так хочется". Ваш БРЕД просто показывает отсутствие у вас знаний.

О начале знакомства римлян с галлами существует история, которую сходно рассказывают многие авторы. Однажды утром некто Марк Цедиций, человек ничем не примечательный, плебей, явился к городским магистратам и рассказал им, что накануне вечером, когда он шёл по Новой улице позади городского Форума, его вдруг кто-то окликнул. Он обернулся на голос, но не увидал никого, затем, однако, услышал голос громче человеческого, голос, который сказал ему: «Марк Цедиций, поди скажи на рассвете магистратам, что надо вскоре ждать нашествия галлов». Магистраты не поверили вестнику несчастья и прогнали его с насмешками, но вскоре пришли известия о появлении близ северных границ римских владений нового, доселе неведомого противника…

Галлы в северной Италии

Римляне долго ничего не знали о галлах (римское название кельтов), даже их имя не было им известно. Напротив, их соседи этруски уже давно вели с галлами торговые дела. Галлы жили к северу от Альп и снабжали этрусков металлом, шерстью, скотом и рабами в обмен на вино, оливковое масло и другие плоды их страны.

Этрусская стела из Фельзины с изображением в нижней части поединка всадника-этруска и пешего галла. Галльский воин изображён в соответствии с традицией «героической наготы. Его вооружение типично для этого времени. Начало IV века до н.э. Музей археологии, Болонья

В Италию галлов впервые пригласил этруск Аррунт, человек знатный и не плохой. Как рассказывают многие историки, Аррунт был опекуном богатого сироты Лукумона, о котором он заботился, словно о собственном сыне. Юноша ответил ему за заботу чёрной неблагодарностью, обольстив жену Аррунта и добившись у сограждан его изгнания. Аррунт оставил родину и направился на север к галлам, которых он впервые ознакомил с плодами своей страны. Дионисий Галикарнасский сообщает:

«До того момента галлы совсем не знали вкуса вина, но использовали вместо него зловонный напиток из ячменя, подвергшегося брожению на воде, а в качестве масла - старое свиное сало со странным запахом и вкусом».

Вино так понравилось галлам, что они, как пишет Плутарх,

«вооружились, взяли с собой родных и двинулись по направлению к Альпам, ища землю, которая производила такие плоды; все другие они считали неплодородными и невозделанными».

Аррунт вызвался быть их проводником в походе. Перейдя Альпы, галлы оказались в северной Италии, которую в то время населяли этруски (туски). Тит Ливий, рассказывая об этих событиях, пишет:

«Еще до возникновения римской державы власть тусков широко простиралась и на суше и на море. Доказательством того, сколь велико было их могущество, служат названия верхнего и нижнего морей, которыми, подобно острову, окружена Италия; одно из них италийские племена зовут Тускским по общему именованию этого народа, а другое Адриатическим – от Адрии, колонии тусков. Греки называют эти моря Тирренским и Адриатическим. Туски заселили земли от одного моря до другого, сначала основав двенадцать городов по эту сторону Апеннин, а потом выведя на другую сторону колонии по числу городов. Эти колонии заняли всю землю за Падом вплоть до Альп, кроме уголка венетов, живущих вдоль излучины моря».

Страна этрусков, по словам Плутарха, представляла собой в то время сплошной сад. Здесь имелись огромные пастбища, прекрасно орошаемые реками, и располагались восемнадцать великолепных больших городов с богатым и деятельным населением. Оказавшись в Италии, галлы нанесли этрускам поражение в битве, выгнали их с занимаемой ими земли и расселились на их землях сами.

Расселение галлов

Греческие и римские историки описывают несколько последовательных волн переселений. Первыми, по словам Тита Ливия, через западноальпийские перевалы, возможно, через Монженевр высотой 1854 метра, в Италию вступили галлы Беловеза, в число которых входила молодёжь битуригов, арвернов, эдуев, карнутов и многих других племён. Они заняли страну между левым берегом По и южными склонами Альп. Ливий рассказывает связанную с их появлением любопытную историю:

«Узнав, что выбранное ими для поселения место называется Инсубрское поле, они сочли это благим предзнаменованием, поскольку инсубрами именуется одна из ветвей племени эдуев. Они основали там город Медиолан».

Медиолан, древнее имя Милана, как и название ирландской провинции Миде, указывает на символику середины, возможно, центра владений. Топоним «Инсубрское поле», о котором упоминает Ливий, возможно, является отголоском ещё более ранних миграций из-за Альп, в результате которых в кантоне Тичино на юге Швейцарии осели лепонтии. Известные по надписям фрагменты их языка сегодня в основном относятся к кельтской группе, хотя ряд слов, например часто встречающееся слово pala «камень», показывают весьма архаичное происхождение, восходящее корнями к середине I тысячелетия до н.э.

Следующими после инсубров в Италию пришли кеноманы под предводительством Элитовия, которые, идя по следу первых переселенцев, перешли Альпы по тому же проходу. Они расселились ниже по течению По, в районе Бриксии (Брешии) и Вероны. Археологи здесь чётко выделяют их латенскую культуру, которая резко отличается от археологической культуры местного населения.


Карта расселения галльских племён в северной Италии

Затем через Пенинский проход (Большой Сен-Бернар) явились бойи и лингоны. Поскольку транспаданская область была уже заселена другими племенами, новоприбывшие пересекли По и расселились на южном берегу реки вплоть до предгорий Апеннин. Столицей бойев была Бонония (Болонья). На западе область их владений простиралась до Мутины (Модены) и Пармы, на юге – до берегов Утента (Монтойе). Лингоны являлись их соседями и проживали на юге от устья По.

Последними пришли сеноны, которые расселились ещё южнее лингонов и захватили землю этрусков и умбров между Утентом и Эзисом (Эзино). Со временем по имени новых владельцев всю эту область начали называть «Галльским полем». Здесь они известны благодаря ярким археологическим находкам и многочисленному латенскому оружию из Монтефортино-д’Арчевиа. Именно сеноны в 396 году до н.э. разрушили богатый этрусский город Мельпум, а ещё позже осаждали Клузий и напали на Рим.

Битва при Аллии

Предание о захвате Рима галлами сохранилось у многих историков и в общих чертах выглядит следующим образом. В 390 году до н.э., согласно данным Ливия, или, что более вероятно, в 387 году до н.э., как датирует это событие Полибий, галлы осадили этрусский город Клузий. Этруски отправили посольство с просьбой о помощи в Рим, хотя прежде их не связывали с римлянами ни договор, ни дружба. Тем не менее, римский сенат взял на себя посреднические обязанности и отрядил в Клузий посольство из трёх братьев Фабиев с поручением уладить дело мирным путём.

Галлы приняли послов с почётом, но наотрез отказались оставить этрусков в покое. На вопрос, по какому праву они напали на друзей римского народа и требуют у них земли, предводитель галлов Бренн ответил:

«Наше право в оружии, а для храбрых мужей нет запретов».

Военные действия продолжились. Послы, нарушив тогдашнее международное право, приняли в них участие на стороне этрусков. Один из них даже убил галльского вождя и был опознан, когда снимал с него доспехи.

Разгневанные галлы потребовали у сената выдать виновных. Сенат отказался, сославшись на то, что Фабии избраны военными трибунами на следующий год. Тогда разъярённые галлы сняли осаду с Клузия и стремительно двинулись прямо на Рим.

Римляне наспех собрали войско и выступили им навстречу. 18 июля на берегах Аллии, маленького притока Тибра, впадавшего в него с левой стороны недалеко от города Фиден, произошло сражение, в котором римляне, не позаботившись ни об укреплении лагеря, ни о путях отхода, были наголову разбиты. Их войско в основном состояло из новобранцев, которые пришли в ужас от одного только свирепого вида галлов и их боевого клича, и обратилось в бегство, не выдержав даже первого натиска. Ливий пишет:

«Никто не погиб в сражении, все убитые были поражены в спину, когда началась давка, а толчея затрудняла бегство. Страшная резня произошла на берегу Тибра, куда, побросав оружие, бежало целиком всё левое крыло. Многих не умевших плавать или ослабевших под тяжестью доспехов и одежды поглотила пучина. Тем не менее, большинство без затруднений добралось до Вей, откуда они не послали в Рим не только подмоги, но даже вести о поражении».


Галлы побеждают римлян в битве при Аллии в 387 году до н.э.

День катастрофы при Аллии навсегда вошёл в римский календарь как день траура.

Галльский погром Рима

В самом Риме царило страшное смятение. Большинство населения вместе с наиболее чтимыми предметами культа удалось эвакуировать в соседние города. Только небольшая часть войска вместе с молодыми членами сената укрылась на Капитолии. Пожилые сенаторы не пожелали покинуть родных очагов и остались в своих жилищах.

Галлы появились у города на следующий день после битвы. Город был разграблен и сожжён, оставшиеся в нём жители, в том числе старики-сенаторы, оказались перебиты. Попытка галлов сходу захватить Капитолий не увенчалась успехом благодаря отвесным склонам холма. Тогда враги предприняли ночное нападение, описанное в знаменитом предании.

«Под покровом ночи они сперва выслали вперед безоружного лазутчика, чтобы разведать дорогу, а потом полезли наверх уже все. Там, где было круто, они передавали оружие из рук в руки; одни подставляли плечи, другие взбирались на них с тем, чтобы потом вытащить первых; если было нужно, все подтягивали друг друга и пробрались на вершину так тихо, что не только обманули бдительность стражи, но даже не разбудили собак… Но их приближение не укрылось от гусей, которых, несмотря на острейшую нехватку продовольствия, до сих пор не съели, поскольку они были посвящены Юноне. От их гогота и хлопанья крыльев проснулся Марк Манлий, знаменитый воин, бывший консулом три года назад. Схватившись за оружие и одновременно призывая к оружию остальных, он среди всеобщего смятения кинулся вперед и ударом щита сбил вниз галла, уже стоявшего на вершине. Покатившись вниз, галл в падении увлек за собой тех. кто поднимался вслед за ним, а Манлий принялся разить остальных… Вскоре сбежались и другие римляне: они начали метать стрелы и камни, скидывая врагов со скал. Среди всеобщего обвала галльский отряд покатился к пропасти и рухнул вниз».

Так гуси вошли в историю (и в известную поговорку) как спасители Рима. Манлий, прозванный Капитолийским, получил за свой подвиг великую награду: каждый воин из находившихся на Капитолии отдал ему по пол-фунта муки и по кварте вина из своего пайка. Часового же, заснувшего на своём посту, сбросили с вершины скалы вниз.

Галльский всадник на росписи греческой вазы из Апулии, IV век до н.э.

Осада Капитолия длилась семь месяцев. Осаждённые страдали от голода, но и положение осаждавших было немногим лучше. Из-за недостатка продовольствия и летней жары среди них начались болезни. Вдобавок к этому галлы получили известие, что в их области вторглись венеты. Поэтому когда римляне предложили начать мирные переговоры, галлы согласились уйти из города за выкуп в 1 тысячу фунтов золота.

Во время процедуры взвешивания римляне заметили, что принесённые галлами гири были фальшивыми. Они стали протестовать, и тогда галльский предводитель Бренн со словами «Горе побеждённым»! бросил на весы свой пояс с мечом. Получив золото, галлы покинули Рим.

Патриотическое чувство римлян не могло смириться с позором поражения, поэтому впоследствии они украсили рассказ об этих событиях выдумками. Якобы во время спора из-за гирь в окрестностях города появилось войско, состоявшее из беглецов с поля битвы при Аллии, которым командовал знаменитый изгнанник Марк Фурий Камилл.

Камилл гордо заявил варварам, что римляне привыкли спасать отечество железом, а не золотом. В сражении, разыгравшемся прямо на руинах сожжённого города, галлы были обращены в бегство, а на следующий день совершенно уничтожены, так что не осталось никого, кто мог бы рассказать об этом поражении. Благодарные сограждане назвали Камилла «отцом отечества» и вторым после Ромула основателем Рима. Скорее всего, это предание относится к области фантазии.

Римский страх перед галлами

Хотя галлы ушли из Лация, это ещё не означало, что опасность миновала. Как упоминалось выше, по крайней мере с начала IV века до н.э. галлы обосновались в северной Италии в качестве постоянных её жителей. Отсюда они совершали военные походы в различных направлениях, преимущественно против богатых этрусских городов. В качестве наёмников галлов принимали к себе на военную службу правители городов Великой Греции.

В 387 году до н.э. сиракузский тиран Дионисий Старший основал колонию в Анконе, на побережье Адриатики, вблизи территории, занятой сенонами. В ближайшее время с ними был заключён союз, так что сеноны в качестве наёмников приняли участие в экспедиции Дионисия против этрусского порта Пирги в 384–383 годах до н.э.

После этого Анкона продолжала оставаться традиционным местом вербовки галльских наёмников по крайней мере на протяжении последующих 30 лет. Большинство из них служило на юге Италии и на Сицилии, где остались отчётливые следы их долговременного пребывания.


Кельтский шлем из богатого погребения в Каноса ди Пулья, южная Италия, IV век до н.э. Захороненный в могиле воин, скорее всего, являлся предводителем кельтских наёмников на греческой службе

В 367 году до н.э. Дионисий переправил отряд галльских наёмников в Грецию на помощь своим союзникам спартанцам. Их необычный внешний вид и военные приёмы произвели сильное впечатление на греков. Успешно повоевав в Греции в течение года наёмники затем вновь вернулись в Италию.

Несколько раз большие группы галлов по пути на юг проходили в опасной близости от Рима. В 366 году до н.э. они попытались вновь напасть на город, но на этот раз были отбиты Марком Фурием Камиллом. В 360 году до н.э. направлявшаяся в Кампанию большая армия галлов прошла в одной миле от городской окраины. А в 348 году до н.э. они даже разбили лагерь на Альбанской горе, пока Луций Фурий Камилл, сын знаменитого спасителя Рима, не выбил их оттуда.


Италийский всадник поражает копьём галльского пехотинца. Рельеф этрусского саркофага из Кьюзи, III в. до н.э.

В 295 году до н.э. этруски подрядили сенонов на войну, которую они в союзе с умбрами и самнитами вели против Рима. Решающее сражение произошло у Сентина, юго-западнее Анконы. Римские силы включали две консульские армии в составе 4 легионов и равных им по численности контингентов союзников, всего около 38 тысяч воинов. Их противники имели сопоставимые по численности силы.

В начале боя галлам при помощи своих колесниц удалось пробить широкие бреши в римских рядах на левом фланге. В этой схватке пал и командовавший здесь консул Публий Деций Мус. Тем временем другой консул, Квинт Фабий Максим Руллиан, опрокинул стоявших против него самнитов, после чего ударил в тыл по наступающим галлам. Те не выдержали удара и обратились в бегство. 25 тысяч галлов погибло, 8 тысяч попало в плен. Потери римлян в бою составили почти 9 тысяч человек


Стела из Бормио в северной Италии, изображающая галльских трубача и знаменосца

В 284 году до н.э. сеноны напали на союзный римлянам этрусский город Арреций (Ареццо). Римский консул Луций Цецилий пришёл на помощь союзникам, но в сражении у стен города потерпел поражение и погиб. На его место римляне отправили Мания Курия, а к сенонам снарядили посольство для переговоров о пленных. Галлы не стали вести переговоры о мире, а послов коварно умертвили. Тогда римляне собрали новую армию, вторглись во владения сенонов и разбили их в большом сражении. Множество галлов погибло, остальных победители изгнали из их земли. На следующий год римляне вывели в новые владения сразу три колонии: Сену, Кастр и Адрию.

Уцелевшие от резни сеноны спаслись бегством к своим соседям бойям, которые в 282 году до н.э. со всем своим войском выступили в их защиту. В большом сражении у Вадимонского озера они были разбиты наголову, после чего запросили римлян о мире.

Литература

  1. Биркхан Г. Кельты. История и культура. М., 2007.
  2. Коллис Дж. Кельты: истоки, история, миф. - М., 2007.
  3. Пауэлл Т. Кельты. Воины и маги. М., 2003.
  4. Широкова Н. С. Переселения кельтов // Город и государство в древних обществах. Л., 1982.
  5. Филлип Я. Кельты и кельтская цивилизация. Прага. 1961.
  6. Collis, J. R. The European Iron age. London, 1984.
  7. Cunliffe B. Ancient celts. Oxford, 1997.

Пока римляне воевали с Вейями и Фалериями, над Италией с севера нависла новая страшная опасность. Это были галлы. В своем движении на восток они к этому времени дошли до Италии, перевалили через Альпы, разлились по долине По, вытесняя оттуда этрусков, и двинулись дальше на юг. Огромного роста, огромной силы, с косматыми волосами, в пестрых одеждах, с длинными тяжелыми мечами, под дикий вой рожков они бросались в бой с такой бешеной яростью, что никто не выдерживал их первого натиска. Правда, в долгом бою они скоро утомлялись и терялись. Но это римляне узнали лишь потом.

Орда галлов осадила этрусский город Клузий. Вождя галлов звали Бренн. Встревоженные римляне отправили к нему послов, чтобы заступиться за угнетенных этрусков. Бренн дерзко ответил:

Не заступайтесь, римляне, за тех, кого угнетают галлы, не то придется галлам заступаться за тех, кого угнетают римляне.

На следующий день было сражение; оскорбленные послы приняли в нем участие на стороне клузийцев. Галлы это увидели: вопрос о войне с Римом был решен.

18 июля 390 г. до н. э. галлы и римляне сошлись на речке Аллии, в одном переходе от Рима. Этот день навсегда остался черным в римском календаре. Римский строй был опрокинут с первого натиска, отступавшие перебиты и перетоплены в Тибре. Немногие уцелевшие бежали в Вейи. Старики, женщины и дети покинули Рим и рассеялись по окрестным городам.

В Риме остался лишь маленький отряд, занявший крепость на Капитолийском холме. Галлы вошли в пустой город.

Восемьдесят стариков-сенаторов решили не пережить гибели Рима. Седобородые, в богатом платье, с жезлами в руках, на креслах, украшенных слоновой костью, они неподвижно сидели на площади и ждали смерти. Галлы не могли понять, люди это или статуи. Один из галльских воинов робко потрогал длинную бороду сенатора. Тот ударил его жезлом. Это послужило сигналом - началась резня. Город запылал. Галлы собрались вокруг Капитолия и приступили к осаде.

Лучший римский полководец Камилл жил в это время в изгнании - в Ардее. Его изгнали плебеи за то, что он стоял за патрициев. Но сейчас было не до междоусобиц. Остатки римского войска, собравшиеся в Вейях, попросили Камилла принять над ними начальство. Камилл был готов, но требовалось согласие сената.

Молодой воин Коминий подплыл по Тибру к Капитолию, проскользнул мимо галльских часовых, по тайной тропе взобрался на холм и, переговорив с сенатом, вернулся тем же путем. Сенат дал согласие. Камилл стал готовиться к походу на Рим.

Тем временем галлы нашли следы Коминия на крутизне Капитолия и открыли его тайную тропу. Ночью они бесшумно полезли вверх по склону. Ночь была темная, охраны над обрывом не было, сторожевые собаки спали. Но приближение галлов заслышали гуси - священные птицы из храма Юноны. Их гогот разбудил Марка Манлия, бывшего консула и храброго воина; он схватил оружие и бросился к обрыву, за ним - остальные.

Над обрывом уже показалась фигура первого галла - Манлий сшиб его в пропасть. В своем падении он увлек других галлов, остальные отступили под градом камней и стрел. Капитолий был спасен.

Так гуси спасли Рим.

В память об этом еще много лет спустя в праздничный день по городу проносили гуся в пышном уборе и собаку, распятую на кресте. А Марк Манлий получил почетное прозвище Капитолийского.

Осада утомила и осаждавших, и осажденных. Начались переговоры. Галлы обещали уйти, если им выплатят тысячу фунтов золота. На площади поставили весы, галлы и римляне столпились вокруг. Весы были галльские и показывали меньше настоящего веса. Римляне возмутились. Бренн бросил на весы свой меч и надменно крикнул: - Горе побежденным! (Мы бы сказали: «Победителей не судят!»).

Начались препирательства. Эта проволочка оказалась спасительной: пока шли споры, из Вей подоспел с войском Камилл. На развалинах Рима началась беспорядочная битва. Золото было отбито, галлы отступили, Камилл преследовал их по пятам. В восьми милях от Рима он их настиг и перебил всех до единого: некому было даже отнести в Галлию весть о поражении.

Два человека были героями этой войны: Марк Фурий Камилл и Марк Манлий Капитолийский. Друг друга они ненавидели: первый был поборником патрициев, второй защищал плебеев. Прошло несколько лет после спасения Рима, и патриции лживо обвинили Манлия в государственной измене. Суд происходил на Марсовом поле, в виду Капитолия. Манлий простирал руки к спасенной им твердыне города. Ни у кого не хватило духу осудить героя. Тогда патриции перенесли суд в такое место, откуда Капитолий не был виден. Манлия осудили на смерть и сбросили с Тарпейской скалы - скалистого обрыва на спасенном им Капитолии.