Японские летчики камикадзе второй мировой войны. Божественный ветер: Камикадзе. Операция оказалась провальной

Настоящие камикадзе не были террористами. Японские летчики времен Второй мировой добровольно отдавали свою жизнь за родину.


19 октября 1944 года. Остров Лусон, главная база японской авиации на Филиппинах. Совещание командиров истребительных частей проводит вице-адмирал Ониси…

Двух дней пребывания в новой должности вице-адмиралу хватило для того, чтобы понять – ни он, ни подчиненные ему люди не смогут выполнить тех функций, которые на них возлагаются. То, над чем Ониси принял командование, пышно называлось Первым Воздушным флотом – но на деле представляло собой всего лишь три десятка потрепанных в боях
истребителей «Зеро» и несколько бомбардировщиков «Бетти». Для того, чтобы предотвратить американское вторжение на Филиппины, здесь был сосредоточен огромный японский флот, включавший два суперлинкора – «Ямато» и «Мусаси». Самолеты Ониси должны были прикрывать этот флот с воздуха, но многократное превосходство противника в воздушных силах делало это невозможным.

Ониси рассказал своим подчиненным то, что они понимали и без него – японский флот на грани катастрофы, лучшие корабли через несколько дней будут пущены на дно торпедоносцами и пикировщиками с американских авианосцев. Потопить авианосцы с помощью самолетов-истребителей невозможно, даже если вооружить их бомбами. На «Зеро» нет прицелов для бомбометания, а у их пилотов – нужных навыков. Впрочем, был один самоубийственный в полном смысле этого слова выход – истребители, снабженные бомбами, будут врезаться во вражеские корабли! Подчиненные Ониси согласились с вице-адмиралом – иного способа покончить с американскими авианосцами у них нет. Через несколько дней была создана «Эскадрилья специальных атак Божественного ветра» – «Камикадзе Токубецу Когекитай».

Самопожертвование как тактика

Сейчас слово «камикадзе» стало понятием нарицательным, так называют любых террористов-смертников, а в переносном смысле – и просто людей, которые не заботятся о собственной безопасности. Но настоящими камикадзе были не террористы, а солдаты – японские летчики времен Второй мировой войны, добровольно решившие отдать свою жизнь за родину. Конечно, на войне любой рискует своей жизнью, а некоторые даже сознательно ею жертвуют. Нередко и командиры отдают приказы, у исполнителей которых нет никаких шансов остаться в живых. Но камикадзе – единственный в человечества пример, когда смертники были выделены в особый род войск и специально обучались для выполнения своей миссии. Когда в штабах разрабатывали для них тактику, а в конструкторских бюро проектировали специальную технику…

После того, как с идеей использования камикадзе выступил вице-адмирал Ониси, самопожертвование перестало быть инициативой отдельных летчиков и получило статус официальной военной доктрины. Между тем Ониси всего лишь придумал, как эффективнее использовать ту тактику борьбы с американскими кораблями, которую де-факто уже применяли японские пилоты. К 1944 году состояние авиации Страны восходящего солнца было плачевным. Не хватало самолетов, бензина, но прежде всего – квалифицированных пилотов. В то время, как школы в США готовили сотни и сотни новых летчиков, в Японии не существовало сколько-нибудь эффективной системы подготовки резерва. Если преуспевшего в воздушных боях американца тут же отзывали с фронта и назначали инструктором (поэтому, кстати, американские асы не блещут большим числом сбитых самолетов), то японец, как правило, воевал до своей гибели. Поэтому от кадрового пилотского состава, начинавшего войну, через пару лет не осталось почти ничего. Замкнутый круг – малоопытные пилоты действовали все менее эффективно и гибли все быстрее. Сбывалось пророчество погибшего к тому времени адмирала Ямамото: еще в 1941-м один из организаторов атаки на Пёрл-Харбор предупреждал, что к длительной войне его страна не готова.

В этих условиях и появились первые примеры того, как слабообученные японские пилоты, которые не могли попасть бомбой в американский корабль, просто врезались в противника. Пикирующий на палубу самолет сложно остановить – даже если зенитки нанесут ему множество повреждений, он своей цели достигнет.

Адмирал Ониси решил, что подобную «инициативу» можно узаконить официально. Тем более, что боевая эффективность врезающегося в палубу самолета будет гораздо выше, если он начинен взрывчаткой…

Первые массированные атаки камикадзе состоялись на Филиппинах 25 октября 1944 года. Несколько кораблей были повреждены, а эскортный авианосец «Сен-Ло», в который попал единственный «Зеро», – потоплен. Успех первых камикадзе привел к тому, что опыт Ониси решили широко распространить.


Легкая и прочная конструкция "Зеро" давала возможность начинить самолет дополнительным грузом - взрывчаткой

Смерть – не самоцель

Вскоре было сформировано четыре воздушных соединения – «Асахи», «Сикисима», «Ямадзакура» и «Ямато». Туда принимали только добровольцев, ведь гибель в воздушном вылете для пилотов была непременным условием успешного завершения боевой задачи. А к моменту капитуляции Японии почти половина оставшихся в строю морских летчиков была переведена в отряды камикадзе.

Общеизвестно, что слово «камикадзе» обозначает «Божественный ветер» – ураган, который в XIII веке погубил вражеский флот. Казалось бы, при чем тут Средневековье? Однако, в отличие от техники, с «идеологическим обеспечением» у японских военных все было в порядке. «Божественный ветер», как считалось, послала тогда богиня Аматэрасу, покровительница безопасности Японии. Послала в тот момент, когда ничто уже не могло помешать завоеванию ее страны 300-тысячным монголо-китайским войском хана Хубилая. Вот и сейчас, когда война подступила к самым границам империи, страну должен был спасти «Божественный ветер» – на этот раз воплотившийся не в природное явление, а в молодых парней, желающих отдать за отечество свою жизнь. В камикадзе видели единственную силу, способную остановить американское наступление буквально на подступах к Японским островам.

Соединения камикадзе могли казаться элитными по внешним атрибутам их деятельности, но не по уровню подготовки. Попавший в отряд боевой летчик в дополнительном обучении не нуждался. А камикадзе-новичков готовили даже хуже, чем обычных летчиков. Их не учили бомбометанию или стрельбе, что позволяло резко сократить сроки подготовки. По мысли армейского руководства Японии, только массовая подготовка камикадзе могла остановить американское наступление.

О камикадзе можно прочитать массу странных сведений – например, то, что их не учили посадке. Между тем совершенно понятно, что если летчика не научить посадке, то первым и последним для него станет отнюдь не боевой, а первый же учебный вылет! Вопреки распространенному мнению, довольно редким явлением на самолетах камикадзе были сбрасываемые после взлета шасси, не дававшие возможности приземлиться. Чаще всего летчикам-смертникам предоставляли обычный изношенный истребитель «Зеро», а то и пикировщик или бомбардировщик, нагруженный взрывчаткой – и переделкой шасси никто не занимался. Если летчик во время вылета не находил достойной цели, он должен был вернуться на военную базу и ждать следующего задания руководства. Поэтому несколько камикадзе, совершавших боевые вылеты, дожили и до нынешнего дня…

Первые налеты камикадзе произвели тот эффект, на который они были рассчитаны – команды американских кораблей были сильно напуганы. Однако довольно быстро выяснилось, что врезаться во вражеский корабль не так-то просто – во всяком случае, для летчика низкой квалификации. А уж уворачиваться от американских истребителей камикадзе и подавно не умели. Поэтому, увидев невысокую боевую эффективность смертников, американцы несколько успокоились, а японское командование, наоборот, было озадачено. Между тем для камикадзе уже был придуман такой самолет, который, по замыслу его создателей, было бы трудно сбить истребителям. Причем автор идеи Мицуо Ота «пробивал» проект еще до того, как были созданы первые отряды пилотов-самоубийц (что еще раз показывает – идея камикадзе в тот момент носилась в воздухе). То, что было построено по этому проекту на фирме «Йокосука», было скорее не самолетом, а единственной в своем роде управляемой человеком бомбой…


В начале войны "Зеро" наводил ужас на американских летчиков-истребителей, а потом стал грозным камикадзе

Крылатая ракета с пилотом

Крошечный самолетик MXY-7 «Ока» (в переводе с японского «Цветок вишни») напоминал немецкую планирующую бомбу, придуманную в конце войны. Однако это была совершенно оригинальная разработка. Планирующей бомбой управляли по радио с самолета-носителя, а установленные на ней реактивные двигатели давали возможность бомбе маневрировать и не отставать от запустившего ее самолета. «Ока» управлялась сидевшим в ней камикадзе, а реактивные ускорители служили для того, чтобы на подходе к цели разгонять самолет-бомбу до скорости почти 1000 км/ч. Считалось, что на этой скорости «Оки» будут неуязвимы как для зенитного огня, так и для истребителей.

Характерно, что в этот период в штабах велись исследования относительно использования тактики камикадзе и в других сферах. Например, были созданы управляемые человеком торпеды, а также подводные мини-лодки, которые сначала должны были запустить во вражеский корабль торпеду, а потом врезаться в него сами. Летчиков-смертников планировали использовать для таранных атак американских «Летающих крепостей» и «Либерейторов», подвергавших бомбардировкам японские города. Позже появились и… сухопутные камикадзе, толкавшие впереди себя тележку со взрывчаткой. Таким оружием в Квантунской армии пытались справиться с советскими танками в 1945-м.

Но, безусловно, главной целью камикадзе были американские авианосцы. Управляемая крылатая ракета, несшая тонну взрывчатки, должна была если не потопить авианосец, то, по крайней мере, сильно повредить его
и надолго вывести из строя. «Ока» подвешивалась под двухмоторный бомбардировщик «Бетти», который должен был как можно ближе подобраться к американской эскадре. На расстоянии не более 30 км камикадзе пересаживался из бомбардировщика в «Оку», управляемая бомба отделялась от носителя и начинала медленно планировать в нужном направлении. Три твердотопливных ракетных ускорителя работали всего лишь в течение десяти секунд, поэтому включать их надо было в непосредственной близости от цели.

Камикадзе отличались от других японских летчиков шелковыми комбинезонами и белыми головными повязками с изображением восходящего солнца

Первое же боевое применение самолетов-бомб стало настоящим побоищем. Но жертвами были отнюдь не экипажи американских кораблей, а японские летчики. Необходимость подлетать к цели довольно близко
делала бомбардировщики-носители очень уязвимыми – они входили в зону действия палубных истребителей авианосцев и тут же сбивались. А совершенные радиолокаторы, имевшиеся в то время у американцев, позволяли обнаружить приближавшееся соединение противника, будь то группа камикадзе, носители самолетов-бомб, обычные бомбардировщики или торпедоносцы. Кроме того, как выяснилось, разогнавшаяся под действием ускорителей крылатая ракета плохо маневрировала и не очень-то точно наводилась на цель.

Таким образом, спасти Японию от поражения в войне камикадзе не могли – и тем не менее добровольцев, желавших записаться в авиачасти специального назначения, было достаточно вплоть до момента капитуляции. Причем речь шла не только об экзальтированных, не нюхавших пороху юнцах, но и об успевших повоевать летчиках. Во-первых, японский морской летчик так или иначе уже привыкал к мысли о собственной гибели. В американской морской авиации была отлажена эффективная система поиска сбитых пилотов в море с помощью гидросамолетов и подводных лодок (так спасли, в частности, бортового стрелка торпедоносца «Эвенджер» Джорджа Буша, будущего президента США). А сбитый японский летчик чаще всего тонул в море вместе со своим самолетом…

Во-вторых, господствовавший в Японии синтоизм порождал особое отношение к смерти. Эта религиозно-философская система давала пилотам-смертникам надежду после выполнения задания приобщиться к сонму многочисленных божеств. В-третьих, чем дальше, тем более неизбежным казалось поражение Японии, а японские военные традиции капитуляцию не признавали.

Конечно, страшен любой фанатизм. И все-таки пилоты-камикадзе были участниками войны и действовали против армии противника. В этом их принципиальное отличие от современных террористов-смертников, которых без всяких оснований называют этим словом.

Да и те, кто руководил японскими камикадзе, не были циниками, которые хладнокровно распоряжаются чужими жизнями, не желая при этом жертвовать собственной. Вице-адмирал Такидзиро Ониси после капитуляции Японии избрал для себя выход, название которого не нуждается в переводе с японского – харакири.

Сейчас это покажется забавным, но в 30-е годы ХХ века японских инженеров-конструкторов считали способными лишь копировать достижения коллег из Европы и Америки. Ошибочность такого взгляда потом хорошо поняли американцы в Пёрл-Харборе. Но первыми европейцами, на себе узнавшими, что такое японские инженеры, стали русские. В 1937 году советские истребители столкнулись в китайской небе с А5М - первым в мире палубным истребителем-монопланом, разработанным в Японии.


Императорская армия поставила перед КБ Mitsubishi задачу создать палубный истребитель с горизонтальной скоростью не менее 400 км/ч. Нормальной скоростью европейских бипланов было 350-370 км/ч, моноплан А5М на первых испытаниях выдал 414 км/ч, но приемщики не поверили и потребовали провести контрольный полет. Во второй раз А5М разогнался до 449 км/ч и был принят на вооружение.

Поначалу опытные летчики Йокосукского экспериментального авиаотряда отдавали предпочтение старому биплану, гораздо более маневренному на горизонтальных виражах в классической «собачьей свалке», зародившейся над окопами Первой мировой войны. Однако молодые летчики, попробовавшие воевать на вертикальных виражах, пришли в восторг от атаки в пикировании на тихоходные цели.


Вторая японо-китайская война началась из-за того, что рядовой Императорской армии Шимура Кукуджиро заблудился ночью, отлучившись в сортир. Если верить легенде, командование Японии воспользовалось тем, что китайцы не разрешили пустить на поиски рядового японских солдат, и дало приказ артиллерии. Кукуджиро вернулся, когда его командиры уже начали обстрел Пекина. Через двадцать дней, 28 июля 1937 года, столица Китая была взята.

У японцев было около 700 самолетов, у китайцев - 600, у тех и у других в основном бипланы. Перед самым началом войны Чан Кайши купил около сотни передовых американских бипланов Curtiss Hawk III. За первый месяц боев над Пекином и Шанхаем китайцы сбили около 60 японских самолетов.

Вскоре к берегам Китая подошел авианосец «Кага» с эскадрильей А5М. 7 сентября над озером Тан капитан Игараси, имея преимущество в скорости 60 км/ч, сбил подряд три «Хока». За неделю японцы взяли господство в воздухе.

19 сентября японская авиация осуществила налет на Нанкин, ставший новой столицей Китая. В общей сложности задействовали 45 самолетов, в том числе 12 А5М. Их встретили 23 китайских истребителя: американские «Хоки» и «Боинги», итальянские «Фиаты», английские «Гладиаторы». В ходе боя китайцы сбили четыре японских биплана, а А5М - семь китайских.

Чан Кайши обратился за помощью к СССР, и Сталин объявил операцию Z (по аналогии с операцией X в Испании), отправив на чужую войну советскую эскадрилью И-16 (31 самолет, 101 человек) - первого в мире серийного истребителя-моноплана с убирающимся в полете шасси, а также эскадрилью истребителей-бипланов И-15 бис (31 самолет, 101 человек) и эскадрилью бомбардировщиков СБ (31 самолет, 153 человека).

Летчики-добровольцы в Китае. Справа налево: Ф.П. Полынин, П.В. Рычагов, А.Г. Рытов, А.С. Благовещенский

Добровольцами сталинские соколы становились так: в начале октября 1937 года курсантов Московской академии Жуковского собрали командиры и объявили: «Родина решила отправить вас на секретное спецзадание в Китай. Кто отказывается?»

Таких не нашлось.

Лучшие советские летчики в то время находились в Испании, и в Китай поехали люди, совершенно не имевшие боевого опыта. Монопланы они планировали применять совместно с бипланами: в довоенной авиационной доктрине СССР господствовала теория, что скоростные монопланы должны догонять врага и связывать его боем, а потом более маневренные бипланы его уничтожать.

Помимо неопытных летчиков и устарелых взглядов на тактику существовала и другая проблема. Это Сталину было легко взмахнуть рукой над картой: «Доставить самолеты в Китай!» А как это сделать? Ближайший аэродром в Алма-Ате, и получалось, что лететь предстоит через Гималаи. Не имея карт, на предельных высотах, без промежуточных аэродромов и в открытых кабинах.

Первый самолет, отправившийся на прокладку маршрута, залетел в глухое ущелье, поздно это заметил и разбился в ударе об отвесную стену. Штурман умудрился выжить и спустя десять дней, обмороженный и голодный, вышел к местным жителям. Постепенно маршрут проложили, но советские эскадрильи все равно теряли каждый второй самолет во время перелета в Китай.

Истребитель И-16 с опознавательными знаками ВВС Китайской республики

К тому времени, как советские самолеты и летчики добрались, от китайских ВВС остался 81 самолет, почти все «Хоки» были сбиты. Японская авиация господствовала в небе. Сухопутная армия Японии штурмовала Нанкин. 21 ноября 1937 года в свой первый вылет над Нанкином поднялась семерка И-16 (И-16 был прозван в СССР «ишаком», а в Испании - «мухой» и «крысой»). Ведомая комэском Благовещенским, летчики вступили в бой с 20 японскими самолетами. «Ишаки» без потерь сбили один бомбардировщик и два А5М.

На следующий день, 22 ноября, шесть И-16 вступили в бой с шестью А5М, сбив одного из них. Японский летчик Миязака попал в плен.

При схожих тактико-технических характеристиках, как выяснили советские летчики, А5М серьезно уступал И-16 в точности оружия и весе секундного залпа. На них были установлены два старых английских пулемета «Виккерс», а на И-16 - четыре новейших советских пулемета ШКАС.

Японцы совершенно не ожидали появления вражеских монопланов. Однако за ними оставалось преимущество боевого опыта.

Участник боев Георгий Захаров вспоминал: «Уже потом, повоевав, набравшись опыта в боях, мы естественным путем пришли к пониманию тактики современного по тем меркам воздушного боя. А поначалу летчики не учитывали даже таких тактических азов, как заход в атаку со стороны солнца. Поэтому нередко начинали бой из заведомо невыгодной позиции».

Советские пилоты быстро переучивались: отказались от тактики совместного использования монопланов и бипланов и осваивали бой на вертикальных виражах.

24 ноября пилоты микадо взяли реванш: шесть А5М, сопровождая восемь «Бомберов», сбили три из шести взлетевших на перехват И-16.

1 декабря японские ВВС попытались разбомбить нанкинский аэродром, где базировались советские части. Всего в тот день в пяти вылетах русские сбили около десяти «Бомберов» и четыре А5М. Свои потери - два И-16, летчики выпрыгнули с парашютами. Один самолет из-за выработки горючего сел на залитое водой рисовое поле.

Китайские крестьяне вытащили его оттуда волами. Бомбардировщики так и не смогли снизиться для прицельного удара и сбрасывали груз на высоте пять километров, не причинив урона цели.

К концу 1937 года советские ВВС взяли воздушное господство над Нанкином. Японцы отвели свою авиацию подальше от линии фронта.

Под Новый год девять бомбардировщиков СБ, управляемых советскими летчиками под командованием Мачина, вылетели из Нанкина и совершили налет на японские авиабазы под Шанхаем. По оценкам наших летчиков, в общей сложности ими было уничтожено на земле 30-35 японских самолетов.

Другая группа бомбардировщиков в тот день доложила об уничтожении легкого авианосца «Ямато», не успевшего поднять свои самолеты в небо. Но, по японским данным, никакого авианосца «Ямато» в японском флоте никогда не было. Был другой корабль с таким названием, но его потопила американская подлодка в 1943 году. Возможно, советские бомбардировщики уничтожили какой-то крупный транспорт.

В январе, после бомбежки мостов через Хуанхэ, СБ командира эскадрильи капитана Полынина был перехвачен тройкой А5М и сбит. Его сын потом рассказывал, что самолет отца спланировал и сел на рисовом поле между пехотными позициями японцев и китайцев.

Следующие десять минут Полынин, держа в руке пистолет, с интересом наблюдал за бежавшими к его бомбардировщику с разных сторон японскими и китайскими солдатами. Если бы первыми добежали японцы, капитан в соответствии с приказом был обязан прострелить себе голову. Ему повезло: китайцы бегали быстрее.

23 февраля 1938 года 28 самолетов СБ под командованием комэска Полынина совершили сенсационный авианалет на японскую авиабазу на острове Тайвань, сбросив 2080 бомб и уничтожив 40 новых итальянских двухмоторных бомбардировщиков «Фиат BR.20» и около пятидесяти лучших японских пилотов, застигнутых бомбежкой во время обеда.

Эскадрилья Полынина применила хитрость: она обошла Тайвань по широкой дуге и зашла в востока, со стороны Японии. Позднее японцы поступят так же в первом налете на Пёрл-Харбор и тоже удачно: их примут за своих и не обратят на них внимания.

Весной 1938 года советские и японские летчики начали таранить друг друга в китайском небе. Первый таран совершил самолет старшего лейтенанта Шустера в воздушном бою 29 апреля над Уханью: при лобовой атаке он не свернул и столкнулся в воздухе с А5М. Оба летчика погибли.

В мае успешный таран на И-16 совершил летчик-ас (семь воздушных побед), старший лейтенант Губенко. Через год он получил за это Золотую Звезду Героя.

18 июля первый воздушный таран осуществили японцы. В воздушном бою над Наньчаном А5М лейтенанта-коммодора Нанго столкнулся с ранее обстрелянным им советским истребителем. Японец погиб, а советский летчик, младший лейтенант Шарай, остался жив, сумел посадить поврежденный И-16 и через год получил за этот бой орден Красного Знамени.

Этими случаями заинтересовался Такидзиро Ониси, будущий разработчик авианалета на Пёрл-Харбор, а в то время командующий авиацией на авианосце «Хосё». В 1938 году он основал Общество по изучению воздушной мощи и издал книгу «Боевая этика императорского военно-морского флота», в которой, в частности, рассматривается вопрос о готовности подчиненных выполнить задание даже ценой собственной жизни.

Эти разработки сильно пригодились ему в 1944 году, когда он начал формировать первую эскадрилью летчиков-самоубийц (остался в истории как «отец камикадзе»). В октябре во время сражения в заливе Лейте его подчиненные провели первую и самую успешную операцию против ВМФ США, потопив один и повредив шесть авианосцев (потеряли при этом 17 самолетов).

После этого Ониси поручили создать воздушный флот самоубийц. Японская авиация уже перешла на следующее поколение своих самолетов - знаменитые А6М «Зеро», - поэтому главным самолетом для камикадзе стал устарелый А5М. Пропаганда в стране заработала, и вскоре все мальчишки Японии мечтали героически погибнуть, по обычаю воинов-самураев оставив миру на прощание короткие стихи «дзисей» (дзисей - песня смерти, стихи, которые писали перед самоубийством). Например, такой:

Нам бы только упасть
Лепестками вишни весной,
Такими же чистыми и сияющими!

В 1944-1945 годах в атаках камикадзе погибли 2525 морских и 1388 армейских летчиков.

29 апреля, в день рождения императора Хирохито, над трёхградьем Ухань, ставшим после падения Нанкина очередной столицей Китая, произошел самый крупный воздушный бой за всю войну.

Японцы решили отомстить за бомбардировку Тайваня и устроить налет бомбардировщиков под прикрытием 27 A5M. На их перехват вылетели 45 И-16. В 30-минутном бою были сбиты 11 японских истребителей и 10 бомбардировщиков, при этом было потеряно 12 самолетов, пилотируемых китайскими и советскими летчиками. После этого японцы в течение месяца не совершали налетов на Ухань.

А в советские части прибыли ТБ-3. В конце лета группа этих бомбардировщиков демонстративно пролетела днем над Японскими островами, сбрасывая не бомбы, а листовки.

Японцы намек поняли правильно и начали зондировать почву для мирных переговоров с СССР. Летом 1938 года первая партия советских летчиков возвращалась в СССР. Командир эскадрильи И-16 капитан Благовещенский должен был перегнать трофейный А5М на изучение в Москву, но японская агентура в Китае работала хорошо, и в его бензобаки засыпали сахар. Над Гималаями двигатель отказал, и самолет разбился. Благовещенский со сломанной рукой несколько дней добирался до своих и был ими сразу же арестован.

Летчик-ас (14 побед в небе Китая) был этапирован в Москву и провел несколько незабываемых месяцев на Лубянке, пока следователи выясняли, не специально ли он разбил новейший японский истребитель. Накануне Сталин, недовольный большими потерями на гималайском маршруте, приказал НКВД поискать там диверсантов.

Эта нервотрепка закончилась тем, что однажды на допросе следователь указал на лежавшую перед ним бумагу. «Это анонимный донос о том, что вы давно являетесь врагом народа и японским шпионом. А это, - он указал на лежавшую рядом стопку листов, - заявления ваших сослуживцев, которые ручаются за вас как за самого себя. Можете идти, товарищ капитан».

Через год Алексей Благовещенский получил за Китай Золотую Звезду Героя.

Популяризированный и сильно искаженный образ японского камикадзе, сформировавшийся в умах европейцев, имеет мало общего с тем, кем на самом деле они являлись. Мы представляем камикадзе как фанатичного и отчаянного воина, с красной повязкой вокруг головы, человека с разъяренным взглядом за штурвалом старенького самолета, несущегося к цели с криками «банзай!». Но камикадзе были не только воздушными воинами-смертниками, они действовали и под водой.

Законсервированные в стальную капсулу - управляемую торпеду-кайтен, камикадзе уничтожали врагов императора, жертвуя собой ради Японии и в море. О них и пойдет речь в сегодняшнем материале.

Восстановленная подводная лодка На-51 (Тип С), выставленная на Гуаме

Школы камикадзе

Прежде чем перейти непосредственно к рассказу о «живых торпедах» стоит ненадолго погрузиться в историю формирования школ и идеологии камикадзе.

Система образования в Японии в середине XX века мало чем отличалась от диктаторских схем формирования новой идеологии. С ранних лет детям внушали, что, умирая за императора, они поступают правильно и их смерть будет благословенна. В результате такой академической практики молодые японцы выросли с девизом «jusshi reisho» («пожертвуй жизнью»).

Плюс ко всему государственная машина всячески скрывала любую информацию о поражениях (даже самых незначительных) японской армии. Пропаганда создавала фальшивое представление о возможностях Японии и эффективно внушила малообразованным детям тот факт, что их смерть - это шаг к тотальной победе Японии в войне.

Уместно вспомнить и Кодекс бусидо, который сыграл важную роль в формировании идеалов камикадзе. Японские воины со времен самураев рассматривали смерть буквально как часть жизни. Они свыкались с фактом смерти и не боялись ее приближения.

Образованные и опытные пилоты наотрез отказывались идти в отряды камикадзе, ссылаясь на то, что они просто обязаны оставаться в живых, чтобы обучать новых бойцов, которым суждено стать смертниками.

Таким образом, чем больше молодых людей жертвовало собой, тем моложе были новобранцы, занимавшие их места. Многие были практически подростками, не достригшим и 17 лет, которым выпал шанс доказать свою преданность империи и проявить себя как «настоящие мужчины».

Камикадзе набирали из малообразованных молодых парней, вторых или третьих мальчиков в семьях. Такой отбор был обусловлен тем фактом, что первый (то есть старший) мальчик в семье обычно становился наследником состояния и поэтому не попадал в военную выборку.

Пилоты-камикадзе получали форму для заполнения и принимали пять клятвенных пунктов:

Солдат обязан исполнять свои обязательства.
Солдат обязан соблюдать правила приличия в своей жизни.
Солдат обязан высоко почитать героизм военных сил.
Солдат обязан быть высоконравственным человеком.
Солдат обязан жить простой жизнью.

Вот так незатейливо и просто весь «героизм» камикадзе сводился к пяти правилам.

Несмотря на давление идеологии и императорский культ, не каждый молодой японец рвался принять с чистым сердцем судьбу смертника, готового умереть за свою страну. У школ камикадзе действительно выстраивались очереди из молодых ребят, но это только часть истории.

Трудно в это поверить, но и в наши дни еще остались «живые камикадзе». Один из них, Кеничиро Онуки, в своих записях рассказывал, что молодые люди не могли не записаться в отряды камикадзе, потому что это могло навлечь беду на их семьи. Он вспоминал, что когда ему «предложили» стать камикадзе, он воспринял идею на смех, но за ночь передумал. Если бы он осмелился не выполнить приказ, то самое безобидное, что с ним могло случиться, - это клеймо «трус и предатель», а в худшем случае - смерть. Хотя для японца все может быть прямо противоположно. Волею случая его самолет не завелся во время боевого вылета, и он остался жив.

История подводных камикадзе не такая веселая, как история Кеничиро. В ней живых не осталось.

Мидуэйская операция

Идея создания торпед-самоубийц родилась в головах японского военного командования после жестокого поражения в битве у атолла Мидуэй.

В то время как в Европе разворачивалась известная миру драма, в Тихом океане шла совсем другая война. В 1942 году императорский флот Японии принял решение атаковать Гавайи с крохотного атолла Мидуэй - крайнего в западной группе Гавайского архипелага. На атолле располагалась авиабаза США, с уничтожения которой армия Японии решила начать свое крупномасштабное наступление.

Но японцы сильно просчитались. Битва при Мидуэе стала одним из главных провалов и самым драматичным эпизодом в той части земного шара. При атаке императорский флот лишился четырех крупных авианосцев и множества других кораблей, а вот точных данных относительно людских потерь со стороны Японии не сохранилось. Впрочем, японцы никогда особо не считали своих воинов, но и без того проигрыш очень сильно деморализовал военный дух флота.

Это поражение положило начало череде неудач Японии на море, и военному командованию пришлось изобретать альтернативные пути ведения войны. Должны были появиться настоящие патриоты, с промытыми мозгами, блеском в глазах и не боявшиеся смерти. Так возникло особое экспериментальное подразделение подводных камикадзе. Эти смертники мало чем отличались от пилотов самолетов, их задача была идентичной - пожертвовав собой, уничтожить врага.

Башня главного калибра линкора МУЦУ (Mutsu)

Из неба в воду

Подводные камикадзе для выполнения своей миссии под водой использовали торпеды-кайтены, что в переводе означает «воля небес». По сути, кайтен представлял собой симбиоз торпеды и малой подводной лодки. Работал он на чистом кислороде и способен был развивать скорость до 40 узлов, благодаря чему мог поразить практически любое судно того времени.

Торпеда изнутри - это двигатель, мощный заряд и очень компактное место для пилота-смертника. При этом оно было настолько узким, что даже по меркам небольших японцев, места катастрофически не хватало. С другой стороны, какая разница, когда смерть неизбежна.

1. Японский кайтен в Camp Dealy, 1945. 2. Горящий корабль USS Mississinewa, после попадания кайтена в Ulithi Harbor, 20 ноября 1944 года. 3. Кайтены в сухом доке, Kure, 19 октября 1945 года. 4, 5. Потопленная американскими самолетами субмарина во время кампании Окинавы.

Прямо перед лицом камикадзе находится перископ, рядом ручка переключения скорости, которая по сути регулировала подачу кислорода в двигатель. В верхней части торпеды существовал другой рычаг, отвечающий за направление движения. Приборная панель была напичкана всевозможными устройствами - расход горючего и кислорода, манометр, часы, глубиномер и прочее. У ног пилота располагается клапан для впуска забортной воды в балластную цистерну для стабилизации веса торпеды. Управлять торпедой было не так уж и просто, к тому же обучение пилотов оставляло желать лучшего - школы появлялись стихийно, но так же стихийно и уничтожались американскими бомбардировщиками.

Первоначально кайтен использовали для атак на пришвартованные в бухтах корабли противников. Подводная лодка-носитель с закрепленными снаружи кайтенами (от четырех до шесть штук) обнаруживала вражеские суда, выстраивала траекторию (буквально разворачивалась относительно места нахождения цели), и капитан подлодки отдавал последний приказ смертникам.

По узкой трубе смертники проникали в кабину кайтена, задраивали люки и получали распоряжения по рации от капитана субмарины. Пилоты-камикадзе были абсолютно слепы, они не видели, куда направляются, ведь пользоваться перископом можно было не более трех секунд, поскольку это вело к риску обнаружения торпеды противником.

Сначала кайтены наводили ужас на американский флот, но затем несовершенная техника стала давать сбои. Множество смертников не доплывали до цели и задыхались от отсутствия кислорода, после чего торпеда просто тонула. Чуть позже японцы усовершенствовали торпеду, снабдив ее таймером, не оставляя никаких шансов ни камикадзе, ни врагу. Но в самом начале кайтен претендовал на гуманность. В торпеде была предусмотрена система катапультирования, однако она работала не самым эффективным образом, точнее не работала вообще. На большой скорости ни один камикадзе не смог бы безопасно катапультироваться, поэтому от этого отказались в более поздних моделях.

Очень частые рейды субмарины с кайтенами приводили к тому, что аппараты ржавели и выходили из строя, так как корпус торпеды был изготовлен из стали толщиной не более шести миллиметров. И если торпеда слишком глубоко погружалась на дно, то давление просто расплющивало тонкий корпус, и камикадзе умирал без должного героизма.

Провал проекта «Кайтен»

Первое свидетельство атаки кайтенов, зафиксированное со стороны США, датируется ноябрем 1944 года. В нападении участвовали три субмарины и 12 торпед-кайтенов против пришвартованного американского судна у берегов атолла Улити (Каролинские острова). В результате атаки одна субмарина попросту затонула, из восьми оставшихся кайтенов два вышли из строя при запуске, два утонили, один исчез (хотя позднее был найден выброшенным на берег) и один, не дойдя до цели, взорвался. Оставшийся кайтен врезался в танкер «Миссиссинева» и потопил его. Японское командование расценило операцию как успешную, о чем немедленно было доложено императору.

Более-менее успешно использовать кайтены удавалось только в самом начале. Так, по итогам морских баталий официальная пропаганда Японии заявляла о 32 потопленных американских судах, включая авианосцы, линейные корабли, грузовые суда и эскадренные миноносцы. Но эти цифры считаются слишком преувеличенными. Американский морской флот к концу войны существенно нарастил боевую мощь, и пилотам кайтенов было все сложнее поражать цели. Крупные боевые единицы в бухтах надежно охраняли, и подбираться к ним незаметно даже на глубине в шесть метров было очень непросто, атаковать разбросанные в открытом море корабли у кайтенов также не было возможности - долгих заплывов они просто не выдерживали.

Поражение при Мидуэе толкнуло японцев на отчаянные шаги в слепой мести американскому флоту. Торпеды-кайтены были кризисным решением, на которое императорская армия возлагала большие надежды, но они не оправдались. Кайтены должны были решить самую главную задачу - уничтожить суда противника, и не важно, какой ценой, однако чем дальше, тем менее эффективным виделось их использование в боевых действиях. Нелепая попытка иррационально использовать человеческий ресурс привела к полному провалу проекта. Война закончилась

А вообще можно и более подробно вспомнить историю японских сверхмалых лодок. Вашингтонское морское соглашение 1922 года стало существенным препятствием в нарастающей гонке морских вооружений, начавшейся в годы Первой мировой войны. По этому договору, японский флот по числу авианосцев и «капитальных» кораблей (линкоров, крейсеров) существенно уступал флотам Англии и США. Некоторой компенсацией за это могло служить разрешение на строительство пунктов передового базирования на островах Тихого океана. А поскольку договоренностей о количестве подводных лодок достичь в Вашингтоне так и не удалось, японские адмиралы стали планировать размещение на удалённых островных базах малых прибрежных лодок.

В 1932 году капитан Кисимото Канеджи заявил: «Если мы пустим большие торпеды с людьми на борту, и если эти торпеды проникнут глубоко в неприятельские воды и, в свою очередь, пустят небольшие торпеды — промахнуться будет практически невозможно». Это высказывание определяло, что в случае атак вражеских баз и якорных стоянок противника к месту проведения операции малые лодки будут доставлять на специализированном корабле-носителе или подводной лодке. Кисимото считал, что если установить на четырёх кораблях по двенадцать сверхмалых подводных лодок, то победа в любой морской битве будет обеспечена: «В решающем сражении между американским и японским флотами мы сможем выпустить почти сотню торпед. Этим мы сразу сократим силы противника вдвое».

Разрешение на реализацию своей идеи Кисимото получил от главы морского штаба, адмирала флота, принца Фушими Хирояси. Кисимото вместе с группой морских офицеров, состоящей из четырёх специалистов, разработал чертежи и в условиях строжайшей секретности в 1934 году были построены две экспериментальные сверхмалые подводные лодки. Официально их классифицировали как А-Нуotek («лодки-мишени тип А»), Для достижения сверхмалыми лодками высокой подводной скорости на них установили мощный электродвигатель, а корпусу придали веретёнообразную форму.

По результатам испытаний в проект внесли необходимые усовершенствования, после чего было развёрнуто серийное строительство лодок под обозначением Ко-Нуotek Изменения в конструкции подлодки оказались небольшими — возросло водоизмещение (47 т вместо 45 т), до 450 мм уменьшился калибр торпед (вместо 533 мм) и до 19 узлов (с 25) уменьшилась максимальная подводная скорость субмарины.

Японская лодка Тип А младшего лейтенанта Сакамаки в момент отлива на рифе у берега Оаху, декабрь 1941 г.

Японские карликовые лодки Тип С на захваченном американцами острове Киска, Алеутские острова, сентябрь 1943 г.

В качестве кораблей-носителей тогда же оборудовали авиатранспорты Chiyoda и Chitose, а также подлодки типа Неі-Gаtа (С). Есть данные, что модернизацию с этой же целью проходили также гидроавиатранспорты Mizuihо и Nisshin, каждый из которых мог перевозить 12 сверхмалых подводных лодок.

Палуба с уклоном к корме и рельсы давали возможность быстро, всего за 17 минут, спустить на воду все лодки. Корабли-базы сверхмалых подлодок предполагалось использовать в морском бою вместе с линейными кораблями.

15 апреля 1941 года 24 младших морских офицера получили секретное предписание войти в состав специального формирования. Они встретились на борту гидроавианосца Сhiуоdа. Командир корабля Харада Каку объявил им, что японский флот обладает сверхсекретным оружием, которое внесёт революцию в морские битвы, их же задача — овладеть им. Все молодые офицеры имели опыт подводного плавания, а лейтенант Иваса Наодзи и сублейтенант Акиеда Сабуро уже больше года проводили испытания нового оружия.

Тренировки экипажей подводных лодок проводились на Базе-II, располагавшейся на небольшом островке Оуразаки в 12 милях к югу от Куре. Во время освоения подлодок подчас случались аварии и поломки. Гибли и экипажи, а вместо мишеней поражались катера, которые обеспечивали их доставку…

Первые сверхмалые лодки обладали слишком малой дальностью плавания, которая определялась ёмкостью аккумуляторов, а их подзарядка была возможна только на корабле-носителе. По этой же причине невозможно было использовать лодки с необорудованных стоянок на островах. Для устранения этого недостатка осенью 1942 года началось проектирование усовершенствованного варианта субмарин типа В, в котором был учтён опыт эксплуатации типа А.

В начале 1943 года последние пять подлодок типа А (полный заказ на них составлял 51 единицу) переоборудовали в тип В.

Японский десантный корабль Тип 101 (S.B. №101 Type) в гавани Курэ после капитуляции Японии. 1945 год.

Первой из усовершенствованных субмарин на испытания вышла На-53, а после их завершения была построена серия уже специально спроектированных модернизированных подлодок типа С. Основное отличие от субмарин типа А заключалось в установке дизель-генератора — с его помощью полная перезарядка аккумуляторной батареи производилась за 18 часов.

В качестве кораблей-носителей для лодок типа В и С использовались десантные корабли типа Т-1.

В декабре 1943 года на основе подлодки типа С началось проектирование более крупной лодки типа D (или Коryu). Основные отличия от подлодок типа С заключались в установке более мощного дизель-генератора — с ним процесс зарядки аккумуляторов снизился до восьми часов, повысилась мореходность и улучшились условия обитаемости экипажа, возросшего до пяти человек. Кроме того, корпус стал заметно прочнее, что повысило глубину погружения до 100 м.

Весной 1945 года, ещё до окончания испытаний головного корабля, было развёрнуто серийное строительство субмарин. В соответствии с планами морского командования, к сентябрю 1945 года предполагалось сдать флоту 570 единиц с последующим темпом строительства -180 единиц в месяц. Для ускорения работ был применён секционный метод (лодка собиралась из пяти секций), что сокращало строительный период до 2-х месяцев. Однако, несмотря на привлечение к программе строительства Koryu большого числа верфей, темп сдачи флоту этих субмарин выдержать не удалось, и к августу 1945 года в строю насчитывалось всего 115 лодок, а ещё 496 находились на разных стадиях постройки.

На основе сверхмалой подводной лодки (СМПЛ) Koryu в 1944 году был разработан проект подводного сверхмалого минного заградителя M-Kanamono (дословный перевод — «Металлическое изделие Тип М»), предназначенного для постановки минных банок в местах базирования противника. Вместо торпедного вооружения он нёс минную трубу, вмещающую четыре донных мины. Построить успели только одну такую подлодку.

В конце войны помимо семейства карликовых субмарин, ведущих свою родословную от подлодок типа А (типы А, В, С и D), японский флот пополнился также подлодками меньшего размера типа Kairyu (характерной их особенностью были фиксированные бортовые рули (плавники) в средней части корпуса. Проектное вооружение состояло из двух торпед, однако нехватка их привела к появлению варианта лодки с 600-кг подрывным зарядом вместо торпедных аппаратов, что фактически превращало их в человеко-торпеды.

Серийное строительство лодок типа Kairyu началось в феврале 1945 года. Для ускорения работ оно велось секционным методом (подлодка делилась на три секции). Планами морского руководства предусматривалось к сентябрю 1945 года поставить флоту 760 сверхмалых лодок этого типа, однако к августу было сдано только 213 единиц, и ещё 207 находились в постройке.

Информация о судьбе японских сверхмалых подводных лодок носит обрывочный и зачастую противоречивый характер. Известно, что во время нападения на Пёрл-Харбор 7 декабря 1941 года было потеряно 5 сверхмалых лодок типа А.

Молодые офицеры-подводники настойчиво добивались включения сверхмалых подводных лодок в операцию против Пёрл-Харбора. И, наконец, в октябре командование разрешило включить их, с условием, что водители возвратятся после атаки. Закипела работа. В Куре первой прибыла I-22 для внесения в конструкцию необходимых доработок.

Несколькими днями позже прибыли ещё три. Четвёртую подлодку, І-24, только что построили в Сасебо и сразу же начали её ходовые испытания.

На подводные лодки прибыли командиры: лейтенант Иваса Наодзи (І-22), сублейтенант Ёкояма Масахару (I-16), сублейтенант Харуно Сигэми (I-18), младший лейтенант Хироо Акира (1-20) и младший лейтенант Сакамаки Кацуо (І-24). Вторыми членами экипажей были унтер-офицеры: Сасаки Наохару (І-22), Уэда Тэдзи (I-16), Ёкояма Харунари (I-18), Катаяма Ёсио (І-20), Инагаки Киодзи (І-24). Характерная деталь: экипажи формировали только из неженатых подводников, из многодетных семей и не старших сыновей. Сакамаки Кацуо, например, был вторым из восьми сыновей.

Соединение сверхмалых подводных лодок носило название «Токубецу Когекитай», сокращенно «Токко». Это словосочетание можно перевести как «Соединение специальных атак», или «Специальное морское ударное соединение».

Рано утром 18 ноября подводные лодки покинули Куре, остановившись ненадолго в Оуразаки, чтобы забрать малые лодки. Под вечер они взяли курс на Пёрл-Харбор. Лодки шли, держась в 20 милях друг от друга. Флагман — І-22 -находилась в центре. В дневное время лодки шли под водой, боясь обнаружения, и всплывали только по ночам. По плану они должны были прибыть в пункт сбора, расположенный в 100 милях к югу от Пёрл-Харбора, ночью, после захода солнца, за два дня до начала атаки. Ещё раз проверив лодки под покровом темноты, субмарины-носители должны были затем уйти к Пёрл-Харбору, занять позицию в 5 — 10 милях от входа в гавань и рассредоточиться дугой. За три часа до рассвета первой производит пуск своей сверхмалой лодки крайняя левая субмарина I-16. Затем последовательно, с интервалом в 30 минут стартуют сверхмалые лодки с носителей І-24, І-22, I-18. И, наконец, карликовая лодка с последней лодки І-20 должна была пройти через створ гавани за полчаса до рассвета. В гавани всем лодкам было приказано лечь на дно, после чего присоединиться к воздушной атаке и нанести врагу максимальные разрушения своими десятью торпедами.

В 3:00 сверхмалые лодки спустили на воду, а лодки-носители приступили к погружению. Не повезло «малютке» лейтенанта Сакамаки. Вышел из строя гирокомпас, устранить неисправность не удалось. Уже было 5:30, а она ещё не была готова к спуску, опаздывая на два часа от установленного планом времени. Рассвет приближался, когда Сакамаки и Инагаки протиснулись в люк своей лодки.

Вход в бухту Пёрл-Харбор преграждали два ряда противолодочных сетей. Американские тральщики каждое утро проводили контрольное траление вод, окружающих базу. Проскочить за ними в бухту не составляло труда. Однако планы японцев оказались нарушенными с самого начала. В 3:42 тральщик «Кондор» обнаружил перископ подводной лодки перед входом в бухту. В её поиск включился старый эсминец «Уорд» постройки 1918 года. Около 5:00 американцы открыли проход в сетях, чтобы пропустить тральщики, а также транспорт, буксир и баржу. Видимо, две сверхмалых подводных лодки сумели скрытно проникнуть в гавань, а третья была замечена с «Уорда» и с кружащейся над морем летающей лодки «Каталина».

Над поверхностью воды возвышались рубка лодки и часть сигарообразного корпуса. Казалось, что она никого не замечала, двигаясь в гавань со скоростью 8 узлов. «Уорд» открыл орудийный огонь прямой наводкой с дистанции 50 метров и со второго выстрела попал в основание рубки. Лодка вздрогнула, но продолжала движение с рваной дырой в рубке. Взрывы четырёх глубинных бомб разорвали лодку пополам. Свою лепту внесла и «Каталина», также сбросив несколько бомб. Предположительно, под удар попала лодка лейтенанта Иваса с лодки-носителя I-22.

Младший лейтенант Сакамаки и унтер-офицер Инагаки больше часа отчаянно пытались выправить дифферент своей подлодки. С трудом им удалось это сделать, и они достигли входа в бухту. Гирокомпас по-прежнему оставался неисправным. Сакамаки был вынужден поднять перископ, и лодку заметили с эсминца «Хелм». Погрузившись и уходя от него, лодка налетела на риф и высунулась из воды. Эсминец открыл огонь и бросился на таран. Однако он проскочил мимо, в то время как лодке удалось освободиться от рифа и уйти, но в результате удара о риф один из торпедных аппаратов заклинило, в корпус стала поступать вода. Из-за химической реакции воды с серной кислотой аккумуляторов начал выделяться удушливый газ. Где-то в 14:00 подлодка снова налетела на риф. Вышел из строя второй торпедный аппарат.

Под утро 8 декабря беспомощная неуправляемая лодка оказалась вблизи берега. Сакамаки запустил двигатель, но лодка снова наткнулась на риф! На этот раз она застряла накрепко. Сакамаки принял решение лодку взорвать, а самим добираться до суши вплавь. Вставив в подрывные заряды детонаторы, он зажёг бикфордов шнур. Сакамаки и Инагаки бросились в море. Было 6ч. 40 минут… Прыгнувший в воду вслед за командиром Инагаки утонул. Обессилившего Сакамаки на берегу пленили пятеро патрульных 298-й американской пехотной дивизии…

Ещё одна сверхмалая подводная лодка, вероятнее всего, была потоплена в 10:00 крейсером «Сен-Луис». Направляясь к выходу из бухты, он подвергся торпедной атаке. Уклонившись от двух торпед, крейсер обнаружил лодку за внешней стороной сетевого ограждения и обстрелял её. Что касается пятой лодки, то она, по современным данным, сумела пробраться в гавань, где участвовала в торпедной атаке линейного корабля, а потом затонула вместе с экипажем (возможно, была потоплена им).

Из других операций сверхмалых подлодок следует упомянуть, что ещё три лодки этого типа погибли 30 мая 1942 года в районе Диего-Суареса, и четыре -в гавани Сиднея 31 мая 1942 года.

В ходе боёв у Соломоновых островов в 1942 году погибли восемь подлодок типа А (в том числе На-8, На-22 и На-38). В районе Алеутских островов в 1942 — 1943 годах погибли ещё три лодки типа А. В 1944 — 1945 годах в ходе обороны Филиппин и острова Окинава погибло восемь лодок типа С.

источники

http://www.furfur.me/furfur/all/culture/166467-kayten

http://modelist-konstruktor.com/morskaya_kollekcziya/yaponskie-sverxmalye

http://www.simvolika.org/mars_128.htm

Еще что можно почитать по теме войны и Японии: , а вот смотрите какие интересные . Могу еще напомнить про Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия -

Камикадзе - это термин, ставший широко известным в годы второй мировой войны. Этим словом обозначали японских летчиков-смертников, атаковавших самолеты и корабли противника и уничтожавших их, идя на таран.

Значение слова "камикадзе"

Появление слова связано с хана Хубилая, который после покорения Китая дважды собирал огромный флот, чтобы достичь берегов Японии и завоевать ее. Японцы готовились к войне с армией, превосходящей их собственные силы во много раз. В 1281 году монголы собрали почти 4,5 тысячи кораблей и стосорокатысячное войско.

Но оба раза до крупного сражения дело не доходило. Исторические источники утверждают, что у берегов Японии корабли монгольского флота были почти полностью уничтожены внезапно разразившимися бурями. Вот эти тайфуны, спасшие Японию от завоевания, и были названы "божественным ветром", или "камикадзе".

А когда во время второй мировой войны стало очевидным, что японцы проигрывают США и союзникам, появились отряды летчиков-смертников. Они должны были если не переломить ход военных действий, то хотя бы нанести как можно больший урон врагу. Этих летчиков и стали называть камикадзе.

Первый полет камикадзе

Уже с самого начала войны случались одиночные тараны, исполняемые пилотами загоревшихся самолетов. Но это были вынужденные жертвы. В 1944 году был впервые сформирован официальный отряд летчиков-самоубийц. Пять пилотов на истребителях "Мицубиси Зеро" под руководством капитана Юкио Сэки вылетели 25 октября с филиппинского аэродрома Мабаракат.

Первой жертвой камикадзе стал американский авианосец "Сент Ло". В него врезался самолет Сэки и еще один истребитель. На корабле начался пожар, и скоро он затонул. Так весь мир узнал, кто такие камикадзе.

"Живое оружие" японской армии

После успеха Юкио Сэки и его товарищей в Японии началась массовая истерия по поводу героических самоубийств. Тысячи молодых людей мечтали совершить такой же подвиг - погибнуть, уничтожив врага ценой своей жизни.

Спешно формировались "специальные ударные отряды", причем не только среди летчиков. Команды смертников были и среди парашютистов, которых сбрасывали на аэродромы или другие технические сооружения противника. Моряки-самоубийцы управляли или катерами, начиненными взрывчаткой, или торпедами огромной мощности.

При этом велась активная обработка сознания молодых людей, им внушалось, что камикадзе - это герои, жертвующие собой ради спасения Родины. Они полностью подчиняются призывавшему к постоянной готовности к смерти. к которому нужно стремиться.

Последний вылет смертников обставлялся как торжественный ритуал. Его неотъемлемой частью были белые повязки на лбу, поклоны, последняя чашка сакэ. И почти всегда - цветы от девушек. И даже самих камикадзе часто сравнивали с цветами сакуры, намекая на быстроту, с какой они распускаются и опадают. Все это окружало смерть ореолом романтики.

Родных погибших камикадзе ждали почет и уважение всего японского общества.

Результаты действий ударных отрядов

Камикадзе - это те, кто совершил почти четыре тысячи боевых вылетов, каждый из которых стал последним. Большинство полетов приводило если не к уничтожению, то к повреждению кораблей и прочей военной техники неприятеля. Им удалось надолго внушить ужас американским морякам. И только к концу войны со смертниками научились бороться. Всего список погибших камикадзе состоит из 6418 человек.

Официальные данные США говорят о примерно 50 потопленных кораблях. Но эта цифра вряд ли верно отражает урон, нанесенный камикадзе. Ведь не всегда корабли тонули сразу после удачной атаки японцев, им удавалось продержаться на плаву иногда несколько суток. Некоторые суда смогли отбуксировать к берегу, где были проделаны ремонтные работы, без которых они были бы обречены.

Если же рассмотреть ущерб живой силе и технике, то результаты сразу становятся внушительными. Ведь даже гигантские авианосцы, обладающие огромной плавучестью, не застрахованы от пожаров и взрывов в итоге огненного тарана. Многие корабли выгорали практически полностью, хоть и не шли на дно. Повреждения получили около 300 кораблей, погибли около 5 тысяч моряков США и союзников.

Камикадзе - кто это такие? Переоценка ценностей

После 70 лет, прошедших с появления первых отрядов смертников, японский народ пытается определить для себя, как же к ним относиться. Кто такие камикадзе? Герои, сознательно выбравшие смерть во имя идеалов бусидо? Или жертвы, одурманенные государственной пропагандой?

Во время войны сомнений не возникало. Но вот архивные материалы приводят к размышлениям. Даже первый камикадзе, знаменитый Юкио Сэки, считал, что Япония зря убивает своих лучших пилотов. Они принесли бы больше пользы, продолжая летать и атаковать врага.

Как бы ни было, камикадзе - это часть истории Японии. Та часть, которая у простых японцев вызывает и гордость за их героизм, и самоотречение, и жалость к людям, погибшим в расцвете лет. Но равнодушным она не оставляет никого.