Деревня новая деревня. Бои у деревни большое и малое князево новгородской области старорусского района

17 апреля, 2011

Недавно ко мне в руки попали 5 листовок, выпущенных в 1942 году.
Формат достаточно интересный: 122х116 мм.

В текстах приводятся "письма" красноармейцев-перебежчиков, адресованные бывшим сослуживцам.

В текстах упоминается ряд населенных пунктов, частей и соединений РККА.
Мне захотелось "привязать" данных перебежчиков к определенным временному периоду и боевой операции.
Оказалось, что листовки выпущены в период первой Демянской наступательной операции, проводившейся в начале 1942 года.

Несколько слов об операции.

Целью операции являлся разгром группировки войск противника (войск II АК) в районе Демянска.
Демянская операция, как Торопецко-Холмская и Ржевско-Вяземская, являлась частью широкомасштабного наступления Западного и Северо-Западного фронтов.
Северо-Западному фронту предстояло перейти в наступление на старорусском направлении, разгромить войска 16-й немецкой армии, находившейся южнее озера Ильмень, и выйти во фланг и тыл новгородской группировке противника. Одновременно войска фронта должны были наступать и на своем левом крыле в направлении Торопец, Велиж, Рудня с целью содействовать войскам Калининского и Западного фронтов в разгроме главных сил немецкой группы армий "Центр".
Для решения задач, поставленных Ставкой, командующий Северо-Западным фронтом создавал две ударные группировки. На правом крыле фронта он сосредоточивал 11-ю армию в составе пяти стрелковых дивизий, десяти лыжных и трех танковых батальонов. Армия должна была нанести удар в общем направлении на Старую Руссу, Сольцы, Дно и совместно с войсками левого крыла Волховского фронта разгромить новгородскую группировку противника. Войска левого крыла фронта в составе 3-й и 4-й ударных армий получили задачу нанести удар из района Осташков в общем направлении на Торопец, Рудня и во взаимодействии с войсками правого крыла Калининского фронта глубоко охватить с запада главные силы группы вражеских армий «Центр».
На войска 34-й армии (пять стрелковых дивизий), действовавшей в центре Северо-Западного фронта, командующий фронтом возложил задачу сковать противника в центре полосы действия армии и одновременно нанести два удара своими фланговыми дивизиями: на правом фланге — в направлении Беглово, Свинорой, на левом — на Ватолино с целью окружения вражеской группировки в районе Демянска.
7 января 1942 года в наступление пошла 11-я армия.
9 января: 3 и 4 Ударные армии.
Последние, к слову сказать, 19 января были выведены из подчинения СЗФ и переданы Калининскому фронту, а взамен Ставка передала СЗФ 1-ю Ударную армию, а также 1-й и 2-й Гвардейские стрелковые корпуса.
Наступление ударных группировок 34-й армии началось не одновременно: командующий был вынужден синхронизировать свои действия с соседями. Наступление правого фланга 34-й армии началось одновременно с наступлением 11-й армии, 7 января. Левый же фланг перешел в наступление одновременно с 3-й и 4-й УА: 9 января.

На участке 11-й армии наступление быстро остановилось, уперевшись в Старую Руссу, превращенную немцами в очень мощный опорный пункт. К слову, Старую Руссу освободили лишь 18 февраля 1944 года, а до этого ее подступы долго и безуспешно поливались русской кровью.
Вот свидетельство А. В. Рогачева, бойца дивизии наступавшей на этом направлении: "С 23-го - 27-го февраля - непрерывные атаки... По 3-4 атаки днем; ночью, опять. Потери были очень большие. Я вот таких кровопролитных боев, как на Северо-Западном фронте, потом в течение войны очень мало встречал... там столько убитых было, что трудно было просто пройти" .

Левое крыло фронта - напротив - наступало достаточно успешно и вскоре оказалось к юго-западу от Демянска.
29 января начал наступление 1-й гвардейский стрелковый корпус. Наступление проводилось на широком (40-километровом) фронте двумя группами. Главные силы корпуса в составе 7-й гвардейской стрелковой дивизии, 14-й и 15-й стрелковых бригад, 69-й танковой бригады и двух лыжных батальонов наносили удар вдоль шоссе Старая Русса — Залучье через Рамушево; второй удар был нанесен силами 180-й стрелковой дивизии, 52-й и 74-й стрелковых бригад на Полу. В течение февраля 1942 г. части 1-го гвардейского стрелкового корпуса прошли с непрерывными боями более 40 км и к 20 февраля достигли района Залучье, где и соединились с 42-й стрелковой бригадой 34-й армии, наступавшей с юга. Кольцо окружения замкнулось. В «котел» попали части 290, 123, 12, 30 и 32-й пехотных дивизий, а также моторизованная дивизия СС «Тотенкопф». Всего около 95 000 человек.

Минимальная суточная потребность окруженной группировки составляла примерно 200 т продовольствия, горючего и боеприпасов.
С 20 февраля немцами был организован воздушный мост, связывавший группировку с "большой землей". На территории "котла" находилось два действовавших аэродрома (в Демянске для 20-30 самолётов и в деревне Пески для 3-10 самолётов). Ежедневно в "котёл" прибывало по 100—150 самолётов, доставлявших в среднем около 265 тонн грузов.
Более подробно об организации воздушного моста и о воздушных боях в районе Демянска можно прочитать тут:
http://www.airwar.ru/history/av2ww/axis/demyansk/demyansk.html - эта статья была также опубликована в журнале "Авиамастер" №1 за 2004 год.

Бои по ликвидации окруженных войск приняли ожесточенный и затяжной характер. Советские войска стремились к тому, чтобы сжать кольцо окружения и уничтожить находившиеся в нем войска. С этой целью проводили непрерывные атаки, бросая в бой все новые силы. Несмотря на сокращение нормы продовольствия наполовину, предельную физическую нагрузку и непрерывные атаки противника, которому в нескольких местах удалось прорвать растянутые до предела боевые порядки немецких войск и вести бои уже внутри котла, окруженные дивизии выдерживали натиск советских армий.

Нужно отметить, что образование котла снизило наступательный потенциал СЗФ, поскольку задача сдерживания шести немецких дивизий, подобно большой топке, требующей дров, требовала подкреплений и массы боеприпасов, которых в начале 1942 года и без того не хватало. Тем более, возможностей для одновременного давления на Демянскую и Холмскую группировки, а также на Старую Руссу у СЗФ не было.

С целью дезорганизовать сопротивление окруженной группировки, перерезать ее тыловые коммуникации советским командованием были последовательно проведены две десантные операции: в феврале в "котел" была сброшена 204-я ВДБр, а в марте - 1-я и 2-я МВДБр.
Более подробно о судьбе десантников можно прочитать тут:
http://desantura.ru/articles/34/
Также очень много интересных материалов о десантниках 1-й Маневренной Воздушно-десантной бригады можно найти в журнале Алексея Ивакина ivakin_alexey

Чтобы освободить попавшие в окружение войска, была сформирована специальная ударная группа из трех дивизий (5 и 8 егерские, 329 ПД) под командованием генерал-лейтенанта Вальтера фон Зейдлиц-Курцбаха, которая 21 марта начала наступление из района юго-западнее Старой Руссы. Позднее удар был нанесён и изнутри "котла". Итогом месяца боев стало образование 21 апреля так называемого "Рамушевского коридора" шириной 6-8 километров, по которому немцы вновь смогли обеспечивать дивизии "котла" всем необходимым.

В течение мая 1942 г. советские войска еще раз попытались ликвидировать Демянский выступ. Ставка передала СЗФ из своего резерва 5 стрелковых дивизий, 8 стрелковых и 2 танковые бригады. Однако, несмотря на наличие достаточных сил и средств, наступление Северо-Западного фронта закончилось безрезультатно. Немецкое командование, разгадав замысел операции, перебросило в район Рамушевского коридора значительные подкрепления с других участков Демянского выступа, оставив внутри него всего около пяти дивизий, привлекло часть соединений 18-й армии и усилило оборону коридора.
Рамушевский коридор не был ликвидирован и просуществовал в течение всего 1942 года.

Но вернемся к листовкам.

1) На первой листовке (показанной выше) описан красноармеец, перешедший (возможно, конечно, что это и пропагандистская выдумка, но немцы вполне могли и взять реальные показания перебежчика, "творчески переработать" их и нести в массы) 12 апреля - во время кульминации боев за прорыв кольца окружения вокруг Демянска. Кольцо уже было близко к прорыву, немецкие части уже вклинились в нашу оборону достаточно сильно, дойдя до рубежа р. Редья. Хотя продвижение группы Зейдлиц-Курцбаха после выхода к Редье 6 апреля практически остановилось (оно продолжилось после перегруппировки и изменения направления главного удара 20 апреля), накал боев не ослабевал. Весенняя распутица также вносила свои коррективы в действия сторон, делач почти невозможным своевременный подвоз подкреплений, боеприпасов и питания. Естественно, в столь нечеловеческих условиях выдерживали далеко не все. Описанный боец являлся к тому времени уже стариком - он воевал еще в Первую Мировую. Надо отдать должное: старшее поколение воевало не так зло и активно, как молодежь, наверное все-таки сказывалась приобретенная с годами осмотрительность, осторожность. У многих были за плечами семьи и дети. Поэтому бойцы в возрасте в силу этих причин больше задумывались о том, как выжить самому, нежели "безбашенная" молодежь.

Здесь стоит начать с того, что в названии населенного пункта допущены ошибки. Вместо "Стребици" реально существовавшая в районе Демянского котла деревня называлась Стрелицы. Ее легко найти на приведенной выше карте.
Указанный в листовке 1234 стрелковый полк принадлежал 370-й Стрелковой Дивизии - сибирской, сформированной в Томской области в сентябре 1941 года. К началу 1942 года дивизия была переброшена на СЗФ и вошла в состав 34-й, а затем 11-й армии и заняла линию обороны между деревнями Горчицы и Вязовка в Новгородской области. Это был северо-запад Демянского котла. Перед полками дивизии была поставлена задача уничтожить опорные пункты немцев в Новой Деревне, в населенных пунктах Никольское, Курляндское, Стрелицы и взломать систему немецкой обороны. Это было частью планомерных действий по сдавливанию котла окружения.
К 9 марта опорный пункт Курляндское был взят.
11 апреля была взята деревня Стрелицы. Дальнейшее продвижение было остановлено упорным сопротивлением противника, сконцентрировавшего в западной части котла крупную массу войск для прорыва кольца окружения.

В данном примере упоминается деревня Васильевщина - в 1942-м году - мощный опорный пункт немцев, имевший не меньшее значение, чем, непосредственно, Рамушево (Васильевщина находилась в конце коридора с севера - со стороны окруженной группировки; фактически, Васильевщина, также, как и Рамушево, являлась частью "скелета" коридора) и не раз переходивший из рук в руки.
Нашим войскам не раз ставилась задача овладения Васильевщиной: сначала в январе 1942 года в рамках операции по окружению Демянской группировки, затем - после образования Рамушевского коридора - как первый пункт в операциях по его ликвидации.
План ликвидации коридора во всех случаях был примерно схожим: 11-я армия должна была занять Васильевщину, 1-я Ударная - Бяково. После соединения в районе Бяково-Васильевщина предполагалось, создав оборону по реке Пола, наступать на Рамушево с целью полной ликвидации коридора. Немцы этот сценарий знали, поэтому заранее принмали меры по укреплению стенок и устья коридора (порой даже в ущерб обороне самого котла).
В апреле 1942 года в районе Васильевщины держали оборону войска 180-й Стрелковой дивизии и 74-й отдельной морской стрелковой бригады. В марте-апреле 1942 года им противостояли дивизия СС "Мертвая голова" и 290-я пехотная дивизия Вермахта, стремившимся прорвать кольцо окружения.
В апрельских боях немцы практически полностью уничтожили 180-ю СД (выведена на переформирование 3 мая 1942 года). В тексте названа дата: 19 апреля 1942 года. 25-го апреля войска группы Зейдлиц-Курцбаха и окруженной группировки уже окончательно "оформили" Рамушевский коридор (хотя бои за его расширение продолжались до 5 мая).
Может быть, описанный перебежчик как раз из числа 180-й СД?
Деревню Монахово (о ней также говорится в листовке) мне, к сожалению, найти не удалось. Созвучная по названию деревня Монаково находилась с другой стороны котла: с юга, близ озера Селигер. Может быть речь о ней? Сомневаюсь, конечно, хотя...

В этой листовке фигурирует "сосед слева" 180-й СД - 74-я омсбр. Бригада формировалась в Казахской ССР, в городе Актюбинске. Она частично включала в себя моряков Каспийской военной флотилии, частично - курсантов Ленинградского высшего военно-морского училища.
74 омсбр входила в состав 1 Гвардейского Стрелкового корпуса. Полоса действий бригады располагалась между 26-й СД (слева) и 180-й СД (справа).
В апреле бригада наравне с соседними частями оборонялась в районе реки Пола, стремясь не позволить окруженной немецкой группировке соединиться с войсками Зейдлиц-Курцбаха.
Упоминаний о селе Людкино мне, к сожалению, найти не удалось - как, впрочем, и населенных пунктов со схожим названием в районе коридора.

7-я Гвардейская дивизия входила в состав 1-го ГвСК. Несмотря на то, что дивизия в феврале наступала с севера, в ходе апрельских боев она оказалась с южной стороны Рамушевского коридора, отрезанная от основных сил корпуса. Полоса действий дивизии находилась в районе Великое село - совхоз "Знамя".
20-го апреля группа Зейдлиц-Курцбаха возобновила наступление силами 5-й, 8-й егерских и 18-й мотризованной дивизий и на следующий день соединилась с окруженной группировкой у деревни Рамушево.

Забавно в тексте листовки выглядит удивление наших бойцов взаимоотношениям немецких офицеров и солдат. В частности, одинаковый паек.
Про немецкие пайки можно прочитать тут: http://army.armor.kiev.ua/hist/paek-wermaxt.shtml
Приказ НКО о продовольственном снабжении бойцов и командиров КА - тут: http://militera.lib.ru/docs/da/nko_1941-1942/04.html
Как можно увидеть, в пункте 8 оговаривается добавка к пайку для среднего и старшего комсостава. В общем-то, назвать ее очень существенной сложно. Она лишь добавляла в командирский рацион некоторые "приятные мелочи", которые, кстати, всю войну (да, впрочем, и до сегодняшнего дня) являлись мишенью вражеской пропаганды. Примерно такая же ситуация и с повседневной формой бойцов и командиров, разнившейся по материалам и качеству пошива (хотя на передовой командиры старались не выделяться формой из солдатской массы).

Перебежчик, описанный в этой листовке, попал к немцам 3 мая - в самый разгар встречных боев за Рамушевский коридор (к 5 мая немцы еще несколько расширили коридор и заняли оборону).
Вермахт вводил в бои новые соединения, стремясь разжать границы коридора. Наши же войска с 3 по 20 мая безуспешно атаковали силами 1-й УА и 11-й А, пытаясь коридор захлопнуть.

Вот, что пишет об этих боях Алексей Исаев в книге "Краткий курс истории ВОВ. Наступление маршала Шапошникова":
В мае войсками Северо-Западного фронта было предпринято наступление с целью ликвидации «рамушевского коридора». Наступление войск фронта началось 3 мая и продолжалось до 20 мая. Однако вследствие плохой организации операции, шаблонного действия войск и слабого управления войсками со стороны командования фронта эти напряженные бои существенных результатов не дали. Ударные группировки 11-й и 1-й ударной армий не сумели прорвать оборону противника и перерезать «рамушевский коридор». Немецкое командование для удержания своих позиций в этом коридоре перегруппировало туда занимавшие оборону по периметру демянского выступа соединения. В результате на 150-километровом фронте внутри самого демянского плацдарма было оставлено всего 4,5 дивизии. Однако командование Северо-Западного фронта не воспользовалось этим обстоятельством и 20 мая прекратило наступление.

Номера по реестру пропагандистских изданий: 399 Ub, 390 Ub, 402 Ub, 396 Ub, 397 Ub соответственно.
У всех листовок одинаковая обратная сторона, содержащая форму пропуска:

При подготовке поста использовал материалы и ссылки:
С удовольствием бы прочитал подробное исследование боев за Демянск.Дело тут не в таланте гитлеровских полководцев и бездарности наших. И то, и другое было по обе стороны фронта. Дело в характере местности. Да-да, именно в нем!
Немецкая оборона на этих фронтах строилась из сети опорных пунктов, расположенных на высоких, не заболоченных участках местности (как правило - в районе населенных пунктов). Вокруг же были либо густые леса (60% площади Новгородской области), либо болота, сводившие возможность обхода этих опорных пунктов крупными массами войск практически к нулю.
В итоге, какими бы крутыми тактиками и стратегами ни были советские командиры, никакого иного выхода кроме штурма узлов обороны немцев у них не было.
Совершать лихие, смелые маневры массами войск (как, к примеру, в Сталинградских степях) было просто негде.
Это приводило к бойне в стиле Первой Мировой войны, где побеждал тот, у кого больше людей, снарядов и техники.

PPS: раздражает, когда Демянск называют Демьянском.

Почитал все документы о предстоящем месте копа. Это один из пупырей на юго-западной границе Демянского котла.

Стала складываться картина. Было две деревни Князево, стоящих на повороте небольшой реки. Река течет поперек, с востока на запад, в деревне поворачивает и течет на север.
Полоса боевых действий небольшая - слева деревни, потом река.

Немцы, понятное дело, стоят в деревне. В начале 1942-го лихая морская бригада (154 омсбр), идя с юга, перешла речку и закрепилась на северном берегу, к востоку от деревни. Журнал боевых действий приобретает эпический замах и необычайные эпитеты. Морячки - люди романтические, чо. На одной из предыдущих страниц есть, например: "Бойцы роты Карпов, Потапов и др. презирая смерть с криком "ПОЛУНДРА" первыми врываются в деревню расстреливая немцев из автоматов." Богатыри!

Деревню взять с ходу не удалось и потом задачи брать деревню у моряков не ставили - была задача "сковать". Потом их перебросили сильно юго-восточнее а потом перевели еще южнее и они попали под самый сильный замес лета 42-го.

Пока их крошили под Сталинградом, на их место пришла бригада каких-то инвалидов (45 осбр). Воевать они почти не воевали. В какой-то момент у них была одна винтовка на 1.1 человека (недостача 200 штук). Пополнение из командирских курсов: "прислали деревенских с 2-3 классами, а у кого среднее образование - по-русски не говорит".
Из интересующей нас деревни они ушли на запад. Еще одну деревню Р. к юго-востоку от К., которую морячки держали - просто оставили.

Съежились, скукожились и занялись "дальнейшим совершенствованием обороны" и "усилением политико-морального облика. Еще "совершенствовали конский состав(!)" - лошадок бедных откармливали.

В донесениях стоит "справа войск нет".

Так протоптались до ноября. В конце ноября на смену этим инвалидам приходит гвардейская дивизия (23 гв сд) и оказывается что немцы, не будь дураки, продолжили оборону дальше на восток - спрямили лишнию и накопали массу огневых точек вдоль речки. И там такой фронт что ой - заборы из колючей проволоки, траншеи, дзоты, вот это всё.
Артиллерия немецкая пристреляна и по свистку устраивает налет. Самолетов нет - и на том спасибо.
Короче, картина кровью по снегу.
Декабрь 1942. Гвардейской дивизией получена боевая задача - взять деревню К. После чего начинаются примерно 40 дней однообразного кошмара - начинает штурм укреплений в лоб.
Не, не живой волной типа "трупами завалим". Ходили группами в под колючку, ночью. Подбирались храбро и хитро вплотную к траншеям немцев. После чего из засады в 20 метрах от хитрецов взвивалась осветительная ракета и начинали работать пулеметы.

Пытались прорвать не только возле деревни но и правее, к востоку, возле речки. Там же немцы накопали адовы укрепления и история повторялась: дошли до траншей - получили от арты. Дошли - налет артиллерии - отошли. 200 убитых. Верден, Первая Мировая, здрасьте. Я такого не видел давно.

СОРОК СУКА ДНЕЙ такой войны. ЖБД похож на описание непрекращающихся адских мук: ворвались-откатились, 20 убитых. Остается загадкой почему не нащупали дыру в обороне, почему не обошли по болотам - не может быть чтобы там была везде колючка в два ряда, чего ради надо было ломиться в упор. Вероятно из-за туповатости, инертности и шаблонного мышления руководства. Ну и еще из-за очень сложной местности.

Да, и у наших артиллерия была сильно слабее и не так шустра и отзывчива на просьбы солдат как у немцев. Не было танков, а когда дали, аж три штуки - их тут же потратили обычным способом - ввели в деревню, немцы отсекли пехоту и подорвали.

Самый драматический момент выглядел так. В траншеях боевого охранения немцев, откуда их ненадолго выбили, наша разведка встретила бойца. Предыдущая группа, прорвавшаяся уже в основные траншеи, оказывается, не погибла вся, а билась там еще три (!) дня. Последний офицер подорвал себя на гранате - лучше уж сам, чем дожидаться когда тебя, раненного пристрелят немцы, как остальных. Боец притворился мертвым, был выкинут немцами на бруствер и потому выжил.

Волосы шевелятся. Сорок второй год такой сорок второй.

Гвардейцев отвели, дивизия потеряла что-то около 2000 личного состава.

Дальше затишье на месяц, в феврале 1943 приходит очередная бригада (86 осбр), условно назовем "ловкая". Каким-то непонятным для меня маневром часть бригады оказывается в 2 км от вердена-по-реке, в тылу у немцев и давит их как может.

На самом деле нет. Немцы просто ушли САМИ. Единственное объяснение - начался вывод из котла и с линии обороны вдоль реки просто всех сняли, оставили по деревням.

Текущая страница: 16 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 23 страниц]

Прямой наводкой по огневым точкам

Из воспоминаний командира дивизии полковника П.Г. Кузнецова:

«…Целый день мы с Шабановым, командиром полка и начартом изучали огневую систему противника, планировали новые варианты штурма. Всесторонне оценив обстановку, решили, что для успеха необходимо повысить действенность огня и сократить время броска в атаку. К этому выводу мы пришли сами, другой нам подсказал генерал Берзарин, прибывший на следующий после атаки день.

Я доложил командарму наш новый план. Если в предыдущей атаке участвовало шесть рот, то теперь число их сокращается до трех. Зато исходное положение для броска мы при помощи отрытых в снегу траншей приблизили до 100 метров. Артиллерийское обеспечение оставалось прежним, артиллерия подготавливала атаку с закрытых позиций.

Выслушав меня, командарм хотя и не возразил против плана, но, как мне показалось, не совсем остался им доволен.

– Обидно, товарищ генерал, что мы никак не можем пробить брешь в обороне, – откровенно признался я.

– А сделать это все-таки надо, – заметил Берзарин.

– Да, но как?

– Пушками.

– Снарядов маловато, товарищ командующий, – вставил Иноходов.

– А вы пушки поближе подвиньте, тогда и снарядов потребуется меньше.

«Конечно, если вести огонь прямой наводкой, тогда, пожалуй, и можно было бы выкурить немцев», – подумал я. Но в то же время эта мысль показалось странной. Применять дивизионную артиллерию для стрельбы прямой наводкой по противнику, засевшему в жилых постройках, нам еще не приходилось.

– Жалко постройки, товарищ командующий. Наши крестьяне десятками лет строили, а мы разрушать станем, – сказал Иноходов.

– А вам людей не жалко? Сколько вы их здесь потеряли?

Останутся в живых люди, дома построят новые, а вот если людей не станет, то строить уже будет некому» 120
Кузнецов П.Г. Дни боевые. С. 78.

Через два часа на опушку леса для стрельбы прямой наводкой выдвинулись дивизион капитана Пономаренко (двенадцать пушек) и вся полковая артиллерия. Каждому орудийному расчету были указаны цели. Артиллерия с закрытых позиций должна была отражать возможные контратаки, парализовать огонь соседних опорных пунктов и преследовать противника при отходе.

В четыре часа дня полк атаковал. Это был прекрасно слаженный скоротечный бой. Внезапный шквал огня из орудий в сочетании с огнем пулеметов и автоматов быстро сделал свое дело. Рушились стены, валились чердаки и крыши. Огонь и дым, пламя разрывов ошеломили противника. После десятиминутного боя Большой Калинец был освобожден к 17.00 9 февраля. На взятие этого укрепленного пункта понадобилось девять дней.

Таким же способом были освобождены 10 февраля Лебедское, 12 февраля Малый Заход. 15 февраля 215-й отдельный лыжный батальон занял Городок, Лутовню, Шкварец. С освобождением этих пунктов ширина прорыва достигла четырех километров. В эту брешь для развития успеха в сторону Веретейки устремился Новгородский полк, Казанский же полк остался на рубеже Лебедского для прикрытия дивизии справа и развития успеха на Большое Яблоново.

Удары наших войск откалывали от обороны противника один за другим опорные пункты. Все уже становился перешеек, соединяющий полуокруженные войска 2-го корпуса 16-й армии с силами противника западнее реки Ловать. Целыми днями кружили в небе немецкие транспортные самолеты, сбрасывая восточнее реки Пола на парашютах вооружение, боеприпасы, продовольствие. Наши войска одновременными ударами с севера и юга стремились как можно скорее завершить окружение.

Штурм Веретейки

26-я стрелковая дивизия выполняла поставленную боевую задачу. Новгородский полк выдвинулся к Веретейке на левом фланге, а правый фланг 215-м отдельным лыжным батальоном, вошедшим в состав дивизии, находился в пятнадцати километрах к северу у деревни Лутовня. Большая деревня Веретейка (Веретейка – родина моей матери, Прасковьи Петровны. – Прим. авт. ) располагалась на пологой возвышенности. В разных направлениях от нее расходились девять грунтовых дорог на Лебедское, Дуплянку, Гривку, Горчицы, Подбелу, Тополево, Полу, Большое Яблоново и Зорянку (Зорянка – моя родина. – Прим. авт. )

Немцы, испытав на себе новую тактику коротких огневых ударов прямой наводкой и быстротечных атак, создали вокруг деревни внешний оборонительный обвод. С трех угрожаемых сторон они опоясали ее двухметровым снежным валом с амбразурами для стрельбы из автоматов и пулеметов. От вала в деревню были проделаны в снегу траншеи. Вал, удаленный от построек на двести-триста метров, маскировал огневые средства, позволял скрытно производить маневр живой силой.

Попытка Новгородского полка вечером 14 февраля с ходу овладеть Веретейкой была неудачной. И на следующий день подразделения полка смогли приблизиться лишь на 200 м к противнику. В боях вместе с Новгородским полком участвовали приданные дивизии 211-й и 220-й отдельные лыжные батальоны.

Днем 14 февраля остатки немецкого гарнизона Малого Калинца, взятого дивизией Штыкова, смогли прорваться в Веретейку.

Ночью 13 февраля Веретейка подвергалась бомбардировке советской авиацией. Одна бомба разорвалась в трех метрах от К.П. эсэсовского батальона Моллера. Днем 13 февраля немецкие самолеты сбрасывали гарнизону продовольствие и боеприпасы121
Mazsch und Kampfe dez SS – Toten Kopf – Division Bielefeld, 1984. С. 353.

16 февраля подразделения провели три безуспешные атаки. Утром следующего дня наши позиции бомбили немецкие пикирующие бомбардировщики, но днем пехоте удалось преодолеть снежный вал и прорваться до середины деревни. Ожесточенной контратакой немцы восстановили положение.

В помощь Новгородскому отряду был направлен Казанский полк. Лишь 18 февраля к 9.20 полки дивизии овладели Веретейкой.

Остатки разбитой 290-й пехотной дивизии предстояло уничтожить в опорных пунктах Херенка, Тополево, Горчицы, Подбела. Казанский полк повел наступление на юг с задачей овладеть опорными пунктами Подбела и Горчицы. Новгородский полк, захватив в лесу, западнее Веретейки, склады с продовольствием и боеприпасами, вышел к Херенке. Перед отступлением немцы заперли наших пленных в колхозном сарае и бане и подожгли. Когда новгородцы 23 февраля захватили Херенку, враг уже сделал свое подлое дело. Опорный пункт Тополево был взят 26 февраля батальоном Карелина совместно со стрелковой ротой 645-го стрелкового полка дивизии Штыкова, поддержанной тремя танками.

Батальон Барабанова, преодолев высоту 49,4, овладел Кошелевом на правом берегу реки Пола и вошел в соприкосновение с пехотой и лыжниками 52-й отдельной стрелковой бригады полковника Гузенко из 1-го гвардейского стрелкового корпуса. 25 февраля части дивизии вели неудачные бои за Новую Деревню, 215-й отдельный лыжный батальон действовал в районе Больших Рог.

После трехдневных безуспешных боев за Горчицы 26-я стрелковая дивизия получила новую задачу. Новгородский полк, сделав поворот налево, в течение ночи пересек тыл 202-й стрелковой дивизии, уже вступившей в бой за овладение Горчицами, и поздно ночью 28 февраля вышел в район деревень Свинорой, Пожалеево, Кузьминское. Казанский полк и 220-й отдельный лыжный батальон после двухдневных боев и одной ночной атаки на Новую Деревню, понеся большие потери, отошли. Полк готовился 1 марта совершить марш по маршруту Горчицы – Свинорой, откуда дивизии предстояло наступать в юго-восточном направлении на Вязовку. Расстояние небольшое, всего 10 км, но на пути лежали три опорных пункта – Норы, Лялино и Горбы.

Наступление на Вязовку

Проблем с опорным пунктом Норы не было, Новгородский полк овладел им с ходу. А за Лялино и Горбы бои велись несколько дней, причем каждый бой имел свои особенности.

Лялино – крохотная деревушка даже по новгородским меркам, всего 15 дворов, расположена на крутом холме. Противоположная сторона холма покрыта лесом, а в сторону атакующих подразделений Казанского полка открытая, заснеженная. 3 марта после короткой артподготовки и залпа гвардейских минометов наша пехота пошла в атаку, но противник подпустил ее на 200 м и открыл бешеный огонь. Она залегла и отступила. По похожему сценарию бои по овладению этим укрепленным пунктом продолжались и в последующие дни. Подразделения Казанского полка несли неоправданно большие потери.

Запись в журнале боевых действий дивизии:

«05.03.1942 г. Дивизия в течение дня вела бой за овладение узлом сопротивления выс. 66, 5 – Лялино и наступала в направлении Вязовка. Потери за 05.03.42 г.: убито 57 чел., ранено 129 чел.

06.03.42 г. Части дивизии проводили неоднократные атаки узлов сопротивления выс. 66, 5 – Лялино, успеха не имели. Потери за 06.03.42 г.: убито 30 чел., ранено 182 чел.»122
ЦАМО. Ф. 1103. Оп. 1. Д. 28.

Ночная атака Новгородского полка 7 марта прошла с использованием лыжников, наступавших на обратные лесные склоны холма. Пехота имитировала наступление по старому маршруту, открыв огонь из всех видов оружия, а по сигналу «две ракеты» кричала «Ура!», но в атаку не переходила. В это время был нанесен удар с тыла, который и обеспечил успех. Весь бой длился 15–20 минут, с незначительными потерями. Овладев Лялино, Новгородский полк по лесной дороге двинулся к Вязовке.

Казанский полк в это время вел бой за Горбы. Деревенька, в которой около двадцати дворов, разбросанных на пяти-шести небольших плоских холмах, со всех сторон окружена лесом. Дневная атака 8 марта с привлечением роты 233-го отдельного лыжного батальона успеха не принесла. Выяснилось, что обороняется не рота противника, а батальон. Применение огня прямой наводкой было невозможно из-за особенностей рельефа местности. Без подавления огневой системы противника рассчитывать на успех было трудно. Атаку на Горбы решено было провести ночью, ограниченными силами и без огневой поддержки. 19 марта Горбы были взяты.

Целую неделю 26-я стрелковая дивизия вела бои за Вязовку. Фронт наступления представлял собой вдавленный в оборону противника мешок, ширина его четыре-шесть километров, глубина – восемь. К Вязовке с запада примыкали два опорных пункта – Обжино и Ольховец. Все они вместе образовывали сильный узел сопротивления, занимаемый хорошо оснащенным немецким пехотным полком. Вязовка как населенный пункт не существовала, представляя собой голое выжженное плато, занятое небольшим гарнизоном, основные силы противника находились в лесу восточнее и юго-восточнее Вязовки.

18 марта Новгородский полк овладел северными и восточными окраинами Вязовки и вел бои за полное очищение ее от оставшихся групп противника. В это время Казанский полк ведет лесной бой с отдельными вражескими группами. В журнале боевых действий дивизии записано: «потери за 18.02.42 г.: убито 138 чел., ранено 200 чел.».

Потери в дивизии были большие – полки были обескровлены, пополнения не поступало.

В ночь на 20 марта дивизия получила приказ сдать свой участок только что прибывшей на Северо-Западный фронт Сибирской 370-й стрелковой дивизии полковника Е.М. Андреева и сосредоточиться в районе Пожалеева. Недолгой была передышка. Уже 21 марта части дивизии вели разведку в районе укрепленного узла Пустыня, а 22 марта в 6.00 полки атакуют Пустыню, но безуспешно. Потери за этот день: убито 58 чел., ранено 113 чел. 23 марта подразделения Новгородского полка овладели северной и северо-восточной окраиной Пустыни, но вынуждены были отойти. 24 марта в 5.00, перейдя в атаку, части дивизии были подпущены на дистанцию 50–60 м и подвергнуты шквальному огню из автоматов. Понеся большие потери, части дивизии отступили.

25 марта 1942 г. 26-я стрелковая дивизия получила приказ выдвинуться на восточный берег Ловати и, заняв там десятикилометровую полосу с центром в Плешаково, поступить в распоряжение командования 1-й ударной армии.

Глава 11
ШЕСТЬ ВРАЖЕСКИХ ДИВИЗИЙ В «КОТЛЕ»

Приказ фюрера

Вернемся к итогам январского наступления войск 11-й и 34-й армий. Противник понес тяжелые потери. Главнокомандующий группы армий «Север» кавалер Рыцарского креста генерал-фельдмаршал фон Лееб полагал, что в условиях критического положения немецких частей к югу от озера Ильмень в первую очередь надо было принимать меры по стабилизации фронта. 12 января 1942 г. он связался со штаб-квартирой фюрера, чтобы получить одобрение плана отхода 16-й армии на защищенные позиции за рекой Ловать. В тот момент Гитлер находился в ставке «Вольфсшанц». Чтобы ознакомить фюрера с планом, Лееб вылетел в Ставку.

В подробном докладе Лееб попытался в красках изобразить, в какой опасной ситуации оказались 2-й и 10-й армейские корпуса. Он сообщал: «Если перенести линию фронта за реку Ловать, это значительно сократит его протяженность. Этот маневр позволит имеющимся в распоряжении дивизиям действовать сплоченно, мощно, избегая отражений атак с флангов. При необходимости они смогут менять друг друга на фронте, периодически отходя в резерв. Проходящая через эти воинские части железнодорожная ветка Старая Русса – Холм в значительной мере позволит обеспечить организацию их снабжения. Если отступление будет одобрено именно сейчас, то его можно осуществить планомерно, постепенно, избегая лишних и ненужных потерь. Твердо удерживаемый фронт на участке Ловати, правый фланг которого придется на Холм, позволит более эффективно использовать силы группы армий «Центр» и 9-й армии, нежели хрупкая и неустойчивая линия фронта, проходящая через Демянск. Это стратегическое преимущество станет очевидным, если предполагается вывести значительные резервы.

Ликвидация разрыва в линии фронта возможна путем его сокращения. При этом достаточно сил одной 9-й армии. Для самой группы армий «Север», равно как и для 16-й армии, пространство вокруг Демянска не имеет никакого стратегического и оперативного значения» 123
Васильченко А. Демянский котел. Упущенная победа Красной Армии. С. 59.

Гитлер категорически отверг этот план. Его аргумент: ни одна захваченная территория не может отдаваться обратно русским. Он считал, что начни только даже незначительное отступление фронта, как Красная Армия воспользуется этим ошибочным маневром для того, чтобы расширить разрывы, имеющиеся в линии фронта. Это, в свою очередь, может привести к удару в тыл группы армий «Центр».

Приказы «держаться любой ценой» стали все чаще исходить из Берлина и зачастую могли закончиться катастрофой для немцев. Например, в районе Селигера немецкие части не получали никакого подкрепления. Сражение с превосходящими силами Красной Армии могло закончиться их полным истреблением, что означало едва ли не крушение всего фронта.

Озлобленный фельдмаршал вынужден был вернуться обратно ни с чем. Он тут же попросил дать ему отставку, так как не видел возможности сохранить фронт. Возможно, что просьба об отставке была приемом, театральным жестом, который мог заставить Гитлера задуматься и еще раз вникнуть в смысл предложений Лееба.

Более того, после визита и предложений Лееба Гитлер издал «приказ фюрера», который строго-настрого запрещал предпринимать любые отступления на Восточном фронте. Этот принцип был возведен в ранг закона.

Приведем небольшой отрывок из дневника Лееба:

Полет в Ставку фюрера, он настаивает на том, чтобы корпуса и дальше удерживали свои позиции. Персональная просьба к фюреру о моей отставке по состоянию здоровья.

Обстановка в районе Демянска мне ясна. Я точно знаю, чего хотел маршал Ворошилов. Он хотел отрезать мои дивизии, и он их отрезал. Гитлер не обратил на это внимание. Он не прислушался к моему совету и предложениям на этот счет. Я проиграл этот бой и это сражение. Сложившееся положение стало для меня бесперспективным и безнадежным. И поэтому я ушел.

Я еще раз попросил об отставке. Повторный приказ сверху, чтобы корпуса продолжали удерживать свои позиции.

Фюрер освободил меня от должности».

Вместе с Леебом был отстранен и его начальник штаба Бренеке. Командующим группой армий «Север» стал генерал-полковник Кюхлер, который пользовался особым доверием Гитлера. Он блестяще проявил себя во время Французской и Польской кампаний. Утром 4 июня 1940 г. 218-я пехотная дивизия армии Кюхлера вошла в Париж.

В эти же дни Гитлер приказал усилить 16-ю армию маршевыми батальонами и 218-й пехотной дивизией.

«Демянский котел» для Ставки – вопрос второстепенный

Наступление войск Северо-Западного фронта по расходящимся направлениям привело к увеличению полосы наступления до 300 км, снижению силы удара, темпа наступления и большим трудностям в управлении войсками.

«В начале 20-х чисел января оперативное положение фронта оказалось противоречивым, – отмечал генерал армии П.А. Курочкин. – С одной стороны, наметился крупный успех. На левом крыле фронта полностью и успешно завершилась Торопецко-Холмская операция. В центре мы глубоко охватили демянскую группировку врага. Еще ни разу с начала войны нам не удавалось достигнуть такого успеха: создать условия для полного окружения и ликвидации крупных сил гитлеровской армии. На правом фланге мы продвинулись до Старой Руссы. Но, с другой стороны, фронту явно не хватало сил для создания прочного внутреннего и внешнего фронтов окружения вокруг демянской группировки. Особенно с юга. Приходилось растаскивать дивизии, давать им все более широкие полосы. Возникла дилемма: или бросить все силы на создание надежного внутреннего фронта окружения, но тогда оставаться под постоянным риском ударов противника извне или же усиливать внешний фронт, но тогда ежечасно тревожиться насчет возможного прорыва окруженных войск врага из района Демянска на запад. Одновременно на других участках шла ожесточенная борьба за Старую Руссу и Холм» 124
Дайнес В.О. Советские ударные армии в бою. С. 124

17 января генерал П.А. Курочкин направил в Ставку ВГК докладную записку. В ней оценивался общий ход событий и высказывалось намерение завершить прежде всего разгром противника в районе Демянска. «Мы предлагали осуществить его путем нанесения удара 11-й армии из района Старой Руссы к югу, на Холм, – писал генерал армии П.А. Курочкин. – Обещанные нам 1-й и 2-й гвардейские стрелковые корпуса предлагалось использовать для развития наступления в западном направлении. Обе задачи мы хотели выполнять последовательно, начиная с окружения и уничтожения демянской группировки. Нужно признать, что мы переоценивали наши тогдашние возможности. В частности, мы думали, что достаточно окружить врага, и он, отрезанный от путей сообщения, более или менее быстро капитулирует» 125
Там же. С. 125.

Ставка ВГК решила сосредоточить основные усилия Северо-Западного фронта только на Старорусском направлении. Здесь сложилась такая обстановка, что от того, кто сумеет быстрее ввести в бой свежие силы, зависит дальнейшее развитие событий.

К 17 января войска Северо-Западного фронта вышли на фланги демянской группировки противника в районе Старой Руссы и Холма, глубоко охватив ее с севера и юга. Единственная шоссейная дорога, соединяющая группу со Старой Руссой, была перерезана. В распоряжении немцев осталось лишь несколько полевых дорог, малопригодных для широкого использования.

Извилистая конфигурация линии фронта создавала выгодные условия для окружения противника в районе Демянска нанесением встречных ударов со стороны Старой Руссы и Холма. 19 января директивой Ставки ВГК № 170034 за подписью Б.М. Шапошникова командование Северо-Западного фронта извещалось о двух новостях – хорошей и плохой. О плохой новости мы уже знаем: с 22 января 3-я и 4-я ударные армии передавались в распоряжение командования Калининского фронта. Вторым пунктом шла хорошая новость: Ставка ВГК передавала в состав Северо-Западного фронта 1-ю ударную армию. Помимо этого, фронт получил в свое распоряжение 1-й и 2-й гвардейские стрелковые корпуса.

Основной задачей фронта Ставка ВГК определила: действиями 11-й армии в направлении на Сольцы и далее в тыл новгородской группировки противника и действиями 1-го и 2-го гвардейских стрелковых корпусов, 34-й армии и 1-й ударной армии выйти в район Пскова, перерезать основные коммуникационные линии ленинградско-волховской группы противника. В качестве частных задач ставилось усиление блокады Старой Руссы, оказание поддержки войскам 3-й ударной армии Калининского фронта в ликвидации группировки противника в районе Демянска126

Таким образом, главной задачей Северо-Западного фронта Ставка ВГК считала не окружение демянской группировки, а удар значительными силами на запад, в тыл главным силам группы армий «Центр». Окружение демянской группировки предполагалось осуществить путем глубокого охвата со стороны Старой Руссы на Холм. Но если командование Северо-Западного фронта намечало нанести этот удар всеми силами 11-й армии, то Ставка ВГК ограничивалась лишь двумя дивизиями и двумя бригадами, подчиненными Калининскому фронту.

Генерал армии П.А. Курочкин, оценивая это решение, подчеркивал: «Нельзя не отметить, с одной стороны, излишней сложности, а с другой – недостаточной ясности этого замысла, особенно в том, что касалось системы подчинения войск, действующих в районе Демянска. Подобная система подчинения затрудняла взаимодействие фронтов и армий в ходе операции. Кроме того, совершенно очевидно, что как для Северо-Западного, так и для Калининского фронтов задача разгрома демянской группировки рассматривалась как второстепенная» 127
Дайнес В.О. Советские ударные армии в бою. С. 127.

В этой довольно сложной ситуации генерал-полковник И.С. Конев оказал Северо-Западному фронту всю возможную поддержку. Прибывающие в район восточнее Старой Руссы и предназначенные для наступления на юг две дивизии и две бригады он объединил в Северную группу, которой приказал после сосредоточения 1 февраля перейти в наступление на Холм. Кроме того, он по своей инициативе приказал командующему 3-й ударной армией создать на северном фланге группировку в составе одной стрелковой дивизии и трех бригад под командованием заместителя командующего армией генерал-майора А.С. Ксенофонтова для наступления на Демянск с юга во взаимодействии с 34-й армией Северо-Западного фронта128
Там же. С. 128.

Демянское побоище. «Упущенный триумф Сталина» или «пиррова победа Гитлера»? Симаков Александр Петрович

Неприступное Сорокино

Неприступное Сорокино

Опорный пункт Сорокино находился на пологой высоте, командовавшей над окружающей местностью. К населенному пункту с трех сторон подступал лес, разделенный тремя полянами, из которых две своими скатами были обращены на север, в сторону атакующих.

На скатах просматривались три траншеи, соединенные между собой ходами сообщения. Сорокинский опорный пункт образовывал в обороне противника выступ, обращенный своим углом к атакующим. Линия переднего края проходила сюда с юга, а затем резко поворачивала на запад к Росино. Немцы имели в Сорокино один пехотный батальон, а на всем выступе у них оборонялось до пехотного полка.

Пожалуй, главная причина того, что Сорокинский опорный пункт оказался для наших войск не по зубам, – слабая артиллерийская поддержка наших наступающих подразделений.

Из воспоминаний П.Г. Кузнецова:

«Был получен приказ, в котором указывались задачи и время начала действий и давалась выписка из плана артиллерийского наступления.

Согласно плану за продолжительной артподготовкой должен был последовать огневой налет по переднему краю, а вслед за ним бросок пехоты в атаку.

Но в бою все приобрело иной вид, чем на бумаге.

Рано утром, до начала артподготовки, я был на своем НП, в двух километрах к северо-западу от Сорокина, у отметки 59.5.

Началась артподготовка. Реденько, один за другим проносились над головой снаряды и падали на широком фронте, создавая видимость не артподготовки, а пристрелки.

– Какой же толк от вашего огня? – спросил я у Носкова.

– А что я могу сделать? – ответил он. – Снарядов мало.

– Мало снарядов, так надо бы и время брать меньше, вместо сорока минут хватило бы пятнадцати.

– На меня не обижайтесь, товарищ полковник, я здесь ни при чем, – сказал Носков, – план прислан сверху, армейскую операцию планировала армия, а не мы.

Он был прав.

Наступило время огневого налета. Огонь несколько усилился, но опять это было совершенно не то, чего ожидала изготовившаяся к атаке пехота. В атаку она поднялась недружно. Ее бросок к окопам противника был встречен ураганным огнем, и она тут же вынуждена была залечь в снег и окопаться» .

Неудачи раздражали и подавляли морально и бойцов, и командиров. Бои прошлой зимы давались тоже нелегко, но были все-таки более успешны. «Тогда нам удавались прорывы, почему же они не удаются сейчас, когда опыта у нас стало больше? – спрашивал я у себя. – В прошлую зиму во многих боях удачно применялась внезапность, мы с успехом использовали огонь орудий прямой наводкой. Почему же ничего не получается теперь?» .

В обороне противника произошли коренные изменения. В прошлую зиму немцы не имели сплошной обороны. Она состояла из отдельных опорных пунктов, далеко отстоящих друг от друга и связанных между собой только огневой системой, местами очень слабой. Опорные пункты легко можно было изолировать один от другого и захватывать по очереди.

Теперь же все изменилось: образовался сплошной фронт с непрерывными траншеями и ходами сообщения, которые связывали опорные пункты и делали их более устойчивыми.

Для прорыва такой обороны требовалось увеличить число орудий, танков, самолетов, чтобы создать значительное превосходство в силах. А о внезапности не могло быть речи, ведь наши части подолгу топтались на одном месте.

Бои за Сорокино явились составной частью второй наступательной операции 11-й армии и имели вспомогательный характер. Главный удар наносился на участке Обжино – Ольховец – Вязовка. Бои длились двадцать дней. Начались в конце декабря 1942 г. и заняли почти всю первую половину января следующего года. Проходили они недостаточно организованно, рывками, нервно. Нервозность порождалась неуспехами.

С левого берега Полы в этот район была переброшена 28-я гвардейская стрелковая дивизия. 20 декабря она сменила 170-ю стрелковую дивизию в районе севернее Обжино. 23 декабря в 10.20 полки дивизии Ефремова перешли в наступление с задачей взять Обжино, отм. 47.5 и в дальнейшем наступать на Софронково. Прорвать немецкую оборону не удалось, и вечером дивизия закрепилась на рубежах северного берега оврага речки Вязовка, на фронте длиной 2,5 км.

С 28 по 30 декабря дивизия при поддержке артиллерии и танков выполняла поставленную штабом 11-й армии задачу на овладение Здриногой, отм. 73.4, Софронково. Под воздействием ружейно-пулеметного и отсечного артиллерийско-минометного огня продвижение наших подразделений сдерживается. В ночь на 30 декабря противник дважды переходил в контратаку силой до роты, но без успеха. 30 декабря в помощь нашим частям была выделена авиация. В результате трехдневного боя наши подразделения овладели несколькими блиндажами, но прорвать вражескую оборону не смогли.

В сражение на этом участке была введена 202-я стрелковая дивизия генерала С.Г. Штыкова, сменившая в ночь на 31 декабря полки 28-й гвардейской стрелковой дивизии.

Восточнее боевых порядков 202-й стрелковой дивизии с 27 декабря вела тяжелые бои 170-я стрелковая дивизия, уже имевшая успешный опыт прорыва немецкой обороны.

Командование 11-й армии снимало дивизии с второстепенных участков и бросало их на этот участок прорыва. Из-за реки Пола, из района Больших Дубовиц 4 января прибыла 55-я стрелковая дивизия полковника Загольева и сосредоточилась в лесу западнее и юго-западнее Горбов. Вскоре обстановка заставит подключить сюда и 253-ю стрелковую дивизию. Сила скопилась немалая, но каков будет результат?

Деревня Вязовка Сычёвского района Смоленской области
(использованы архивные документы по Сычёвскому уезду Вяземского филиала ГАСО, РГИА, РГАДА, Памятные книжки Смоленской губернии, Списки населенных мест Смоленской губернии по сведениям 1859г. и 1904г., документы сайта «ОБД-мемориал», материалы по истории края: предметы быта, рефераты, фото из библиотеки д. Никитье Сычёвского района, фотографии, выполненные земляками;фото из личного архива Валерия Малашкина, фото из личного архива Coha, воспоминания бывших жителей д. Вязовка, записанные Coha; карты Смоленской губернии и области XVIII, XIX, XX вв. и др.)

Борис Махотин. «К живым истокам». Смоленск: Московский рабочий. Смоленское отделение, 1989 г .:
«Среди сельских жителей деревни Вязовки (Сычевский район) до сих пор бытует местный термин Выгородь и соответственный ему микротопоним. Поясняют его воспоминания старожилов, записанные учительницей местной школы В. Ф. Штрипкиной: «В 1861 году при размежевании угодий на помещичьи и крестьянские помещик оставил за собой узкую полоску луга вдоль реки Ракитни. Для крестьянского скота эта полоска была приманкой, и помещик постоянно налагал штрафы за потраву своего луга. Всесилие и произвол бывшего крепостника заставляли крестьян отгораживать свои земельные участки, но это не помогало, так как путь к водопою для их скота пролегал через владение помещика. Приходилось на кабальных условиях арендовать прибрежную часть помещичьего луга, получившего название Выгородь ».


Вязовка на карте района 1960г.

До Октябрьской революции 1917 года деревня Вязовка входила в Никитскую волость первого стана Сычёвского уезда (района) Смоленской губернии (области).
В 1917г. был создан Вязовский сельский совет . В него входило 11 деревень: Вязовка, Новая, Кривцово, Прибытки, Аржауховка, Пустошь Липки (Пустошлипка), Хмелёвка, Мурино, Корытовка, Жуковка, Никифоровка.

С 1 января 2006 года вошла в Караваевское сельское поселение Сычёвского района Смоленской области.

Две деревни Вязовки :

Недалеко от д. Вязовка Никитской волости находилась ещё одна д. Вязовка . Жители называли её ласково – Вязовочка , т.к. она была меньше, чем деревня Вязовка Никитской волости. Вязовка-«Вязовочка» входила в Бехтеевскую волость 2-го стана. Она находилась ближе к уездно-районному городу Сычевке.
Во время Великой Отечественной войны оккупанты выгнали из деревень Вязовского сельского совета жителей, дома сожгли, а жителей перегнали в другие деревни: Петровское (тех, кто имел детей) и в Вязовочку (тех, у кого детей не было).


Две Вязовки

В 2007 году в деревне Вязовка Караваевского сельского поселения Сычёвского района ещё проживало 9 жителей, сегодня – никто: последние жители Тезкины выехали из деревни в 2010 году.



Дом последних жителей д. Вязовка – дом Тёзкиных.


Последние жители д. Вязовки – Анна Алексеевна Тёзкина и её сын – Валерий, наш проводник. 2011.

Названия «Вязовка» имели и имеют многие реки и деревни России, Белоруссии и Украины.
Версии происхождения названия деревни Вязовка Сычёвского района Смоленской области :
1. Местные жители связывали название деревни «Вязовка» с деревом «вяз» : вязы были посажены в парке владельцев деревни.
2. «Вяз» так называли вязкое, илистое болото, топь .
Вязовка это населённый пункт, у которого протекающая река с вязкими, илистыми берегами или река, берущая начало из вязкого, илистого болота.
3. Повороты на реке когда-то назывались словом «вязь», от глаголов – «вязать», «обвязывать».
Через д. Вязовку Сычёвского района протекает река Ракитня, которая берет своё начало в болотистом урочище Кисилёво. Река Ракитня «обвяз ывает» Вязовку. Она протекает через н/п: Вязовка, Середа, Ракитня, Вараксино, – и впадает в реку Осуга – левый проток реки Вазузы – реки бассейна Волги.